– Сейчас он уйдет.

Только он это сказал, как из спальни появился дружок Ричарда, уже одетый, и протянул маленькую ручку:

– Пожалуйста, деньги.

Ричард покраснел. Наслаждаясь всем происходящим, Мора с невинным видом спросила:

– Он берет за дюймы или за сантиметры? В конце концов, мы все теперь в Общем рынке.

И она снова принялась хохотать.

Уейкок тоже смеялся, вполне добродушно. Мора взяла сумку и обратилась к Ричарду:

– Поимей его за мой счет. Сколько?

Видимо, Уейкок понял, потому что очень вежливо ответил:

– Пожалуйста, мадам, восемьдесят пять фунтов.

Мора извлекла из сумки две пятидесятифунтовых банкноты и протянула ему со словами:

– Сдачу оставьте себе.

Филиппинец поклонился и, пошептавшись в прихожей с Ричардом, покинул квартиру.

– Ладно, Ричард, вряд ли я надолго задержусь у тебя. Так что попробуем договориться, а? – Голос ее звучал дружески.

– У тебя неприятности, Мора? – очень серьезно спросил Ричард.

– Кажется, да.

– В таком случае, можешь рассчитывать на меня. Я сделаю все, что в моих силах. Не ради тебя, ради Майкла.

Ричард сказал это просто и искренне, и Мора пожалела, что только что насмехалась над ним. Он ей нужен сейчас. Очень нужен.

– Я назначила здесь встречу одному человеку. Он скоро придет.

Она заметила, как вытянулось лицо Ричарда и поспешила его успокоить:

– Не бойся, Ричард, ничего страшного не произойдет.

Она увидела, что он успокоился, и на мгновение ей стало его жаль. Она снова опустилась на диван и жестом пригласила Ричарда сесть рядом.

– Иди сюда, Ричард. Нам нужно поговорить.

– Черт побери! Вы из транспортной полиции?

Заняв место рядом с водителем, Терри вспомнил, что он все еще в черном списке.

– Да, именно так. Я тут был на учениях, и у меня сломалась машина.

– Понятно, – хриплым голосом ответил мужчина, будто собираясь откашляться.

– А куда вас подбросить?

– К Найтсбриджу, пожалуйста, если можно.

– Конечно, можно. Я, знаете ли, тоже служил в транспортной полиции. Один раз даже ездил в Германию...

Терри прикрыл глаза. Это как раз то, что ему нужно: "воин конца недели" в качестве водителя.

Повсюду на стенах висели фотографии Майкла и Ричарда, смеющихся, обнимающихся. Только память о Майкле да еще страх перед нею мешали Ричарду вышвырнуть ее вон. И Мора это знала.

– Я знаю, Ричард, что это нахальство ворваться к тебе в квартиру. Но у меня важная встреча. А здесь единственное место, где меня не будут искать.

Ричард пожал плечами:

– Ты можешь тут находиться, сколько захочешь. А теперь скажи, что тебе приготовить? Чай? Кофе?

Мора улыбнулась:

– Кофе – это чудесно!

Она взглянула на большие стенные часы с кукушкой. Было почти без четверти семь. Она закусила губу. Где же Терри?

Сара исподтишка наблюдала за сыновьями. Они приехали навестить отца, все в одно время. Что-то тут было не так. От Сары не ускользнуло, что нервы их натянуты, как тетива лука: казалось, они чего-то ждут.

Гарри поднялся со стула:

– Можно позвонить, мам?

– Конечно.

Он вышел в прихожую и позвонил Море, а Лесли и Ли разговорами удерживали Сару в гостиной. Обоим было не по себе под взглядами гипсовых фигурок святых, расставленных вдоль всех четырех стен. В каждый очередной визит они замечали в коллекции матери новую фигурку.

Сара болтала с сыновьями, но дурные предчувствия не покидали ее, к исходу дня все усиливались.