Она закурила и посмотрела ему в глаза.

– В самом деле? Когда же это?

– Когда ты была беременна. Когда делала аборт. Когда в горячке валялась в больнице. Твоя мать мне все рассказала.

Мора фыркнула:

– Значит, моя всемогущая мамочка ввела тебя в курс дела? Да? А что еще она тебе говорила? Не говорила, что однажды додумалась до того, что я сплю с Майклом? Нет? Что, обвиняя нас во всех мыслимых и немыслимых грехах, каждую неделю брала у нас деньги?

Мора перевела дух и, понизив голос, продолжала:

– Не обольщайся, Терри, я никогда в тебе не нуждалась. Я спуталась с таким типом, как ты, потому что была молода и наивна. А ты и тогда мечтал изменить мир. Майкл мне все рассказал. Уже в то время у нас было достаточно своих людей в полиции. Тебя вызвали на ковер из-за связи с сестрой Майкла Райана, и ты меня продал. У тебя был выбор: я или полиция, – и победила твоя драгоценная полиция! Ты помчался с бумагами Джоффри в полицию, едва получив их от моей матери. Как же! Событие века! Терри Пезерик, это сокровище с Вайн-стрит, раскрывает неслыханную по своим масштабам коррупцию! Только ты не подумал, что и полиция и правительство не дадут всему этому выйти наружу. И вот, парень, тебя уничтожили.

– Я лишился всего, и работы...

– Ох, да пошел ты со своей работой! – крикнула Мора. – Я и гроша ломаного не дам ни за тебя, ни за твою идиотскую работу.

– Думай, как хочешь, Мора, но я любил тебя. Мы были тогда совсем юными. Помнишь ночь, которую мы провели вместе, когда умер Бенни. Ты тогда сказала, что все еще любишь меня. А утром выпроводила. Это ты решила, что нам не надо больше встречаться.

Он с трудом сдерживал готовые вырваться наружу рыдания. Помимо собственной воли он не принес ей ничего, кроме горя, с тех самых пор как они встретились!

– Да, я так решила. Потому что хотела этого!

– О нет, ты не хотела! Не смей так говорить! Просто ты была завязана с делами Майкла. Это единственная причина.

Следя за тем, как меняется выражение красивого лица Терри, Мора не могла не признаться себе, что он прав.

– Хочешь расскажу тебе кое-что? Правду о своей жизни?

– Да. Пожалуйста, расскажи.

– Когда я встретила тебя тогда, в тысяча девятьсот шестьдесят шестом году, у меня появилось чувство, какого я не знала ни до этого, ни потом. – Мора смотрела на пятно на ковре, боясь взглянуть Терри в лицо. – Я так хотела тебя, что буквально чувствовала это на вкус. Когда ты сказал, что служишь в полиции, меня чуть инфаркт не хватил! – Она тихонько засмеялась. – Месяц за месяцем, я тайком встречалась с тобой, уходя из дому, лгала матери, отцу и братьям. А потом, когда забеременела, даже не успела сообщить тебе об этом: ты порвал со мной. И маленький грязный "паки" выскреб из моего тела ребенка. Я до сих пор не забыла запах той квартиры, не забыла моего сына в тазу для мытья посуды. Он был уже полностью сформирован и мертв! И знаешь, что самое забавное? Я всегда хотела быть только женой и матерью. Услышь это феминистки, наверняка распяли бы меня. Но я говорю правду. Это было все, чего я хотела: иметь мужа и детей. Полный дом детей. Но у меня все это отняли. Я вышла из больницы совсем пустая. Из-за этого аборта. Мне нечего было дать ни мужу, ни любовнику. Знаешь, я чуть не умерла тогда. И долгое время молила Бога о смерти. А потом решила работать с Майклом. Он не хотел вовлекать меня в семейный бизнес, но я его заставила. Воспользовалась тем, что была и его доля вины в постигшем меня несчастье. И он поручил мне мороженое и хот-доги. Постепенно все, чем ведал несчастный Джоффри, тоже перешло ко мне. Не случись этого, Джоффри и Майкл так и работали бы в одной упряжке. Хотя, надо признаться, у Майкла никогда не было времени для Джоффри.