— Себастиан, вы серьезно?!

— И не думаю шутить.

Себастиан увидел, что кузен опять вошел в танцевальный зал и стал быстро протискиваться сквозь толпу. Лицо его было хмурым. Походка тоже выдавала, что он не в настроении.

— Боже милостивый, — ошеломленно прошептала Прюденс, проследив за взглядом Себастиана. — Джереми, похоже, расстроен.

— Да.

— О Господи! Завтра весь город будет знать, что вы с ним поссорились.

Себастиан пожал плечами:

— Ссора между Джереми и мной не такая уж новость, Денси. Единственное, что может заинтересовать сплетников, — это слух о том, что мы с ним очень мило беседовали.

— Так и было? — с надеждой в голосе спросила Прюденс.

— Нет, — отрезал Себастиан, — не было.

Прюденс уже начала сомневаться, что вернется когда-либо к привычному распорядку — рано ложиться и рано вставать. Может быть, сейчас, когда она вышла замуж за Себастиана, ей придется привыкать к городскому образу жизни. Мысль о том, что она не будет спать все ночи подряд до конца жизни, ей не понравилась.

С минуту Прюденс не шевелилась. В голове путались обрывки сна. Она попыталась вспомнить, что ей снилось, но не смогла. Вроде бы тяжелые черные шторы, колышущиеся перед окном, которое выходило в бесконечную ночь. Но образ тут же исчез. И тогда она поняла, что лежит в огромной кровати одна. Она повернула голову — рядом никого.

— Себастиан, где вы?

— Я здесь, Денси.

Взглянув в сторону окна, она увидела неясный силуэт мужа. Он стоял спиной к ней, опершись рукой на подоконник. Прюденс села, облокотилась о подушки и потянулась за очками. Водрузив их на нос, она увидела, что Себастиан надел черную ночную рубашку. Он стоял и смотрел в непроглядную тьму сада и был в этот момент больше, чем обычно, похож на Падшего Ангела. Рядом с ним на подоконнике сидел Люцифер. Казалось, ночь так же притягивала кота, как и его хозяина.

— Не можете заснуть? — тихонько спросила Прюденс, зажигая свечу у кровати.

— Я никогда не сплю перед рассветом.

— Вот как? Значит, все в порядке?

— Да. — Голос прозвучал мрачно. — Ложитесь спать, Денси.

Прюденс и не собиралась его слушаться. Она подтянула колени к подбородку и обвила их руками.

— Можете поведать мне, о чем вы думаете. Пока вы будете стоять и глазеть в окно, я наверняка не засну. Мне становится не по себе.

Себастиан погладил Люцифера.

— Простите, что не даю вам заснуть. Прюденс улыбнулась:

— Ну, раз уж я все равно не сплю, почему бы вам не рассказать, о чем вы так напряженно думаете?

Он взглянул на нее:

— Да уж наверняка вы от меня не отстанете.

— Вот именно. — Прюденс уперлась подбородком в колени. — Вы размышляете о расследовании, правда?

— Да.

— Так я и знала. — Прюденс замялась. — Наверное, вспоминаете табакерку Джереми и стараетесь понять, как она оказалась в той комнате.

— Я в последнее время все чаще поражаюсь, как вам удается читать мои мысли.

— Однажды вы сами заметили, милорд, что мы мыслим похоже.

— Верно. — С минуту Себастиан молча гладил Люцифера. — Мне не дает это покоя, — проговорил он наконец.

Прюденс не нужно было объяснять, что он вернулся к теме расследования, — она это знала.

— Вам не дает покоя то, что в поле нашего расследования попал Джереми? Согласна.