Девушка дошла до лестничной площадки и повернулась в сторону маленькой лестницы, ведущей на второй этаж. Она еле передвигала ноги, и вдруг ей показалось, что кто-то идет ей навстречу. Она машинально опустила голову и отвернулась в сторону, чтобы остаться неузнанной. Но после того, как она прошла несколько шагов, какой-то внутренний толчок заставил ее обернуться и посмотреть, кто подходит. Серина уже догадалась, кто это, внутренний голос подсказывал ей это. Свет, падавший от свечей, освещал лицо маркиза.

Она заметила, что никогда еще не видела его таким суровым, таким рассерженным, и ей показалось, что он вырос до неимоверных размеров. Маркиз возвышался над ней, как гора, а она ощущала себя ничтожно маленькой и совершенно беспомощной. Пока Серина поднималась по лестнице и думала о людях, с которыми избегала встречи, она не решалась признаться себе в том, что боялась встретить именно Джастина. А вдруг это замысел самого маркиза и он сам подстроил ее похищение? Неужели он хотел от нее избавиться? Может быть, он обрадовался тому, что проблема будущего разрешится с наибольшей выгодой для него?

И вот они столкнулись лицом к лицу. Джастин пристально рассматривал ее, не пропуская ни одной детали – ни растрепанных волос, ни разорванного платья. Девушка невольно прикрыла грудь и обнаженное плечо шарфом.

– Где вы были?

Голос маркиза звучал так строго, что она вздрогнула, она не слышала, чтобы тот когда-нибудь говорил таким тоном. Серина молча смотрела на него, хотела сказать что-то, но губы ей не подчинялись.

– Я искал вас, – продолжал он, не дождавшись от нее ответа. – Моя мать сказала мне, что вы ушли к себе спать. Почему вы здесь? Что с вашей прической?

Она не нашлась, что ответить, не могла понять, что с ней происходит, его грубый тон полностью сбил ее с толку. Серина чувствовала себя слабой и была готова расплакаться.

– Значит, не хотите отвечать.

Он говорил дрожащим от гнева голосом, неожиданно он шагнул вперед и схватил ее обеими руками за плечи.

– С кем вы были? Кого вы удостаиваете чести растрепать вам волосы? Полагаю, вам не сидится дома. Вы такая же, как и все, похотливая и жадная до развлечений, но я бы поставил на карту жизнь, лишь бы это было не так. Но вы молчите; давайте узнаем, какой счастливчик удостоился чести сопровождать вас.

Он крепко сжимал ее, лицо его было перекошено от злости, глаза сверкали, а губы подрагивали от презрения.

– Ну, отвечайте же, – продолжал лорд Вулкан. – Неужели вам так стыдно, что вы не можете говорить? Может, это ваш кузен Николас, с которым вы тайно встречались в укромном местечке? Или лорд Джиллинхэм? Ну, так вы не скажете мне? Конечно, девичье сердце предпочитает подобные дела держать в тайне от всех. – Наконец он отпустил ее. – Желаю вам спокойной ночи, мисс Стэверли. В его голосе было столько ненависти, что девушке показалось, будто ее избили хлыстом.

Освободившись от его рук, Серина закачалась. Она чуть не упала и прислонилась к стене. Шарф соскользнул с ее плеч, разорванные кружева опустились, обнажив царапину на груди. Маркиз собирался уже уйти, но, заметив царапину, повернулся к Серине и застыл.

– У вас рана? Кто это сделал?

Голос его изменился. Вместо едкого цинизма в нем появилась тревога и даже сочувствие. Серина стояла, держась рукой за стену, и наклонила плечи, не думая в эту минуту о том, как она выглядит. Качаясь от слабости, девушка боролась с обмороком, затем с силой и выдержкой, появившимися ниоткуда, она заставила себя снова поднять голову.

– Я... должна идти к себе, милорд, – тихо проговорила она.

Он преградил ей путь.

– Нет, пока вы не скажете мне, что случилось.