Камер было четыре. Аманда мысленно благодарила Бога за то, что Бобби оставил ее одну, и с радостью заметила, что остальные камеры пусты. Она прошла в конец коридора и увидела, что Коул лежит на кровати спиной к двери. Аманда облегченно вздохнула: он был один в камере. Они смогут наедине поговорить.

Он повернулся, увидел ее сквозь решетку и тут же подошел.

Аманда взялась за решетку и прижалась к ней лицом. Коул обхватил ее руки своими сильными руками.

– Я все думал, когда ты придешь, – прошептал он, наклонился и поцеловал кончики ее пальцев.

Она погладила его по щеке, заросшей двухдневной щетиной.

– Док дал мне опий. Я спала целый день.

– Я сочувствую тебе, мне известно об аптеке. – Он прижал ее к себе, насколько это оказалось возможным.

Аманда поцеловала его в губы.

– Коул, сейчас не это важно. Тебе надо выбраться отсюда. Шериф намерен тебя повесить.

Коул резко отвернулся.

– Я знаю. Но у него нет доказательств. Они перешли на шепот:

– Какое это имеет значение, если судья куплен. Ты ведь сам говорил.

Коул пожал плечами:

– Более того. Все, кто в суде, упоминаются в бумагах, если они узнают о них, мне придется сразу молиться за себя. Все цело?

Аманда оглянулась, чтобы убедиться, что они одни.

– Берегу, как зеницу ока. Коул, тебе нужен адвокат.

– Кто захочет защищать меня в этом городе? Удивительно, что прихожане простили мне все. Однако я не думаю, что они будут снисходительны к грабежу и убийству.

– Может, кто-нибудь из них сможет помочь?

Он отрицательно покачал головой:

– Нет, я сам буду себя защищать. Никто лучше меня не знает, что произошло во время ограбления экипажа Кортеза.

– Если тебе поверят! – Она почувствовала, что на глаза наворачиваются слезы. – О, Коул, не хочу тебя снова потерять!

Он притянул ее к себе.

– Не хорони меня раньше времени, Аманда. Я не собираюсь без борьбы сдаваться Бихэну.

Она положила голову на холодный металл, разделяющий их. Если бы она только была уверена…

Глава 27

Аманда вышла из тюрьмы и отправилась в контору Питерса Уоррена. Будь она менее обеспокоена, заметила бы перемены, происшедшие с ней с момента приезда в Тумстоун и визита в контору адвоката. Гордо поднятый подбородок, решительно развернутые плечи, вызов светло-карих глаз – все являлось противоположностью прежней Аманды.

Питере сразу заметил в ней эти перемены: робкая, испуганная девушка, подавленная известием о смерти дяди, превратилась б зрелую, уверенную в себе женщину, которая успешно содержала аптеку. Ему не пришлось зайти к ней, но он слышал, как, хорошо отзывались люди об аптечном магазине Аманды. Она разбиралась в лекарствах, помогала врачам, в общем, имела прекрасную репутацию. Появившаяся в ее лице решительность и приобретенный опыт соединились с милой непосредственностью и наивностью.

– Я так и подумал, что вы должны ко мне прийти, – сказал Питере, откидываясь на стуле.

Аманда удивленно подняла брови:

– Правда?

– Да, вам требуется помощь в получении кредита на восстановление аптеки. Эти банкиры замучают вас до смерти, пока вы не найдете кого-либо, кто пользуется у них доверием. Я знаю все их штучки, и они это чувствуют. – Он наклонился вперед, положил руки на стол. – Я уже подумал об этом, и мне бы хотелось…

– Мистер Питере, вы не понимаете. Я здесь не по поводу аптеки. Сейчас я и вовсе не думаю об этом.

– Но… – Он удивленно посмотрел на нее.