– Не пугай даму, Бихэн. Я пойду тихо. Но хочу тебе напомнить, что за убийство Джэми я уже отсидел, а на ограбление экипажа у тебя нет доказательств.

Бихэн грубо схватил Коула за руки и надел наручники.

– У меня будут все необходимые доказательства, Картерет. Если тебе один раз удалось ускользнуть из-за слабости судьи, не надейся, что это повторится. Пошли.

Коул обернулся, чтобы моргнуть Аманде, и его повели в тюрьму.

– Позаботься, – тихо сказал он.

Аманда знала, что он имел в виду железную коробку. Она стояла в толпе прихожан и смотрела, как уводили Коула. У нее опустилось сердце.

«Какой дурень, зачем он пошел спасать эту церковь? Полный дурень».

У Аманды подгибались колени, и она постаралась ухватиться хоть за что-нибудь. Либби Уолтон, стоявшая рядом, обняла ее за плечи.

– Не переживай, Аманда. Преподобный поставил многих в неудобное положение, но когда шок прошел, люди честно признались, что он им все таки нравился. Они не дадут его в обиду. Мы что-нибудь придумаем.

У Аманды не было и половины уверенности Либби. С удивлением она обнаружила, что уже наступил новый день. Когда они потушили пожар, занимался рассвет, и вдруг стало совсем светло. Стали видны жалкие останки дома возле церкви, а ведь всего несколько часов назад на этом месте стояло красивое здание. В воздухе пахло дымом и смолой. С пожарищ поднимались редкие струйки дыма.

– Говорят, загорелся какой-то обогреватель, – сказала Либби. – Ночи холодные. И эти керосиновые обогреватели… Удивительно, что это случается не так уж часто.

Аманда отсутствующим взглядом смотрела на улицу: на церкви видны следы тушения огня, в доме напротив обгорела крыша, повреждено крыльцо другого дома. Она видела путь, по которому пожар пробирался к центру, захватывая все на своем пути. Если бы ветер изменил направление, сгорела бы церковь, но, благодаря Коулу…

Из глаз хлынули слезы: сказалась бессонная ночь и переживания за Коула.

– Я должна пойти к нему, – шептала она, пытаясь вырваться от Либби.

Либби была озабочена:

– Послушай, детка, ты валишься с ног от усталости. Тебе нужно отдохнуть. Пойди поспи немного, и мы вместе подумаем, что можно сделать. Если ты свалишься, ему будет мало толку от этого.

Либби говорила правильно. Аманда провела на ногах всю ночь с того самого момента, как встретилась с Коулом. Она понимала, что ей надо хоть немного поспать, но сомневалась, удастся ли после такого нервного напряжения.

– Где мисс Лэсситер? – услышала сна голос доктора Гудфеллоу.

Огромный доктор с трудом протискивался сквозь толпу. Он увидел Аманду и подошел. Либби, все еще держа ее за плечи, загородила ему дорогу.

– О, док! Я так рада вас видеть! Вы не могли бы дать Аманде чего-либо, чтобы она уснула. Она сейчас свалится с ног.

– Разрешите, миссис, – сказал он и отодвинул Либби. За свою долгую практику он знал, как общаться с такими женщинами: главное – побыстрее избавиться от ее забот. – Идем, Аманда.

Она посмотрела на него невидящим взглядом и подумала, что доктор появился за тем, чтобы она помогла ему.

– Кажется, я сегодня плохая помощница для вас, док, – начала она.

– Мне не нужна никакая помощница. Это – не совсем то. Это – пожар.

Аманда схватилась за горло: гостиница! Вся ее одежда, оставшиеся деньги, коробка…

– Что, гостиница горит? – прошептала она.

– Если бы. Ваша аптека. Огонь распространился на всю Пятую улицу. Мы делали все, что могли, но не справились с огнем. Позор. Все пивнушки на Аллен-стрит остались невредимыми, а нужная людям аптека сгорела.