Она оставила попытку завязать дружескую беседу, решив, что попутчица, возможно, станет более разговорчивой в дороге. Ее также огорчило, что ни один из мужчин не поддержал разговор. Тот факт, что в экипаже были всего две женщины, и вовсе лишил энтузиазма Аманду. Она вздрогнула, когда Джеймсон громко захлопнул дверцу экипажа.

– Устраивайтесь поудобнее, дамы, – сказал кучер, наклоняясь к открытому окну. – До следующей станции два часа езды.

Экипаж закачался, когда он взбирался на козлы.

Аманда откинулась на подушке из конского волоса, сложив руки на коленях. Она старалась не думать о том, что ждет ее в Тумстоуне. Как отнесется дядя к ее появлению? Может быть, пакеты с лекарствами, заказанные им, которые лежали сейчас на самом дне саквояжа, как-то смягчат неожиданность ее приезда? Разрешит ли он остаться, или придется вернуться первым же экипажем назад? Карета неожиданно наклонилась, и Аманда схватилась за саквояж.

– Эй, кучер, постой!

Экипаж резко остановился. Возница громко закричал на лошадей. Вздрогнув от внезапно раздавшегося крика, Аманда наклонилась и выглянула в окно. Опоздавший бежал от станции, размахивая билетом и неистово крича кучеру. Вскоре он уже разговаривал с Джеймсоном, все время невозмутимо сидевшем на месте, не выпуская вожжей из рук. Потом экипаж мягко качнулся, и в узком проеме двери появился человек в черном сюртуке. Опоздавший огляделся и, заметив, что саквояж Аманды занимает все свободное место с одной стороны экипажа, сел в углу рядом с дамой в зеленом. Женщина, едва обратившая внимание на Аманду, бросила быстрый, заинтересованный взгляд на вошедшего. Экипаж вновь закачался, когда Джеймсон спустился вниз, чтобы заглянуть в окно.

– Пожалуйста, ваш билет, сэр.

– О да, вот он.

Джеймсон внимательно разглядывал проездной документ.

– Преподобный, не так ли? Мужчина слегка улыбнулся.

– Да, преподобный Кэбот Финиас Стори, еду по месту назначения в Тумстоун.

Джеймсон слегка сдвинул на затылок свою большую шляпу.

– Это приход Святого Ансельма. Вас там ждут.

– Мне говорили об этом, – ответил новый пассажир.

– О, преподобный, прошу вас, позаботьтесь об этих дамах, – сказал мистер Джеймсон и с чувством исполненного долга взобрался на козлы.

Аманда, выглянув из-под шляпки, украдкой изучала незнакомца, весьма заинтересованная тем, что он – проповедник. Девушка рассмотрела длинный черный сюртук, галстук отличного качества, стетсонскую шляпу, высокие черные ботинки с серебряными шпорами. С бьющимся сердцем она узнала в нем всадника, которого уже видела на станции, и наклонилась, чтобы разглядеть его получше. У молодого проповедника было приятное лицо, тщательно выбритое, с широким квадратным подбородком. Светлые волосы, аккуратно подстриженные, достигали плеч. Хотя Аманда прежде не была знакома со священниками, тем не менее представляла их слишком старыми, или очень молодыми и наивными. Этот же мужчина не относился ни к тем, ни к другим. Был он загорелым, а его худощавое, волевое лицо наводило на мысль о том, что он уже многое испытал в жизни.

Новый пассажир непринужденно устроился на сиденье, будто ездил в экипажах каждый день. Смеющимся, дружелюбным взглядом серо-зеленых, будто выгоревших, глаз незнакомец окинул спутников и улыбнулся, заметив изучающую его Аманду. От этой улыбки у девушки застучало в висках. Смущенная тем, что застигнута врасплох, она стыдливо улыбнулась и уткнулась в книгу.

– Преподобный Стори, – представился мужчина, приподняв шляпу.

– Очень приятно. Мисс Аманда Лэсситер. Преподобный Стори вежливо повернулся к другой даме. Женщина в зеленом томно протянула руку, которую он быстро пожал.

– Миссис Тилли Лэсей, – сказала она хриплым голосом.