– Мне очень не нравится, что происходит по ту сторону океана, – заявила песчаная. – Слава лунам, теперь в Пиррии мир, и мы можем поговорить о делах как разумные драконы, а не злобные гиены.

Мир в Пиррии… только касается ли он ледяных драконов? Конечно, война за Песчаное наследство закончилась, но тут же следом королева Глетчер была коварно умерщвлена ночными, и отношение к ним юной наследницы никак не назовёшь мирным.

Что, впрочем, ещё не делает её злобной гиеной!

– Другие королевы собираются прилетать? – спросила она.

– Шквал говорит, прибудут к вечеру! – довольно сообщил Вихрь. Сверкнув янтарной серьгой в ухе, он одарил Холода очередной улыбкой.

Серьга… неужели та самая? Во всяком случае, на вид точно такая же, как те, что спасли племя от чумы Мракокрада. Снежна помнила, как ледяные из Мечты привозили их мешками по поручению королевы Тёрн, и первой заботой новой королевы стало выдать серьгу каждому дракону.

Их носили долго, опасаясь снимать, но потом однажды кто-то решился, и чума не вернулась. За ним последовали другие, и теперь такие серьги уже почти не встретишь на виду, хотя каждый хранит свою в укромном месте, на всякий случай.

На случай, если Мракокрад ещё вернётся.

Сама Снежна сняла серьгу последней из ледяных и носила теперь с собой в мешочке на шее. Как странно видеть с таким украшением жизнерадостного песчаного, наверняка надевшего его просто так.

– У тебя всё в порядке? – шепнула на ухо Рысь.

– Да, как и всегда. – Снежна гордо изогнула шею и уложила крылья по-королевски.

Внезапно что-то ярко вспыхнуло у неё перед глазами, подобно молнии. Голова словно раскололась, и всё вокруг – посёлок, загон для воришек, королева Тёрн, Рысь и остальные – исчезло без следа.

Глава 13

Он ощущает дрожь в когтях. Они принадлежат ему и в то же время нет.

Его собственные когти никогда не стали бы ловить драконят в паутине и тащить в улей. Его голос не стал бы орать на перепуганных шелкопрядов, а лапы – угрожать им копьём. Откуда оно вообще взялось?

Как долго уже он не принадлежит себе? Дни мелькают один за другим, сливаясь в одну размытую полосу. Королева засела у него в голове, лапах и когтях – и это гораздо хуже, чем он представлял, когда думал о жалкой участи порабощённых Осой ядожалов.

Если отрешиться от внешнего мира, уйти в себя, тело будет действовать и без него, и тогда время исчезнет совсем, но сейчас он не может так сделать. Он в родном улье, где жил до своего бегства со Сверчок и Мечехвостом. Рыщет по знакомым с детства коридорам, врывается в дома и лавки, ловит соплеменников-шелкопрядов, которые когда-то так мирно грелись на солнышке в Саду мозаик.

Бывшие школьные товарищи смотрят на него с ужасом. Они догадываются, что им управляет королева, ведь сам он на такое не способен. Оса теперь умеет подчинять и шелкопрядов. На самом деле даже не она, всё намного хуже… но они пока не знают. Смотрят на собственные лапы, гадая, когда с ними случится то же самое и что они почувствуют – как прежде гадал и он, Синь.

Всё не так просто. Чтобы подчинять шелкопрядов, требуется новое, более сильное Дыхание зла, а драконы, способные ускорить его рост, сумели улизнуть.

Насколько Синю известно, ни Росянку, ни Сверчок пока разыскать не удалось. Может, они уже в безопасности… может, даже где-нибудь в Древних королевствах, вдали от всего этого…

– Ротозеи! – шипит Оса у него в голове.