— Боюсь, что да, но забудь о нем, — ответил Монтера. Он достал из кармана маленький пакетик. — После того, как мы расстались сегодня днем, я взял такси и поехал по магазинам.

На элегантной упаковке было написано: «Картье». Она развернула ее и увидела бархатную коробочку. Внутри лежало красивое золотое кольцо. Вернее, три кольца, спаянные в одно, сделанные из золота разных оттенков.

— Это называется русское обручальное кольцо, — сказал он. — Обычно его носят на мизинце левой руки.

— Я знаю.

— Размер пришлось выбирать наугад. Если не подойдет, просто зайди к Картье, когда тебе удобно, и спроси мосье Брессона. Он подберет тебе нужный размер. Могу я надеть его?

Она протянула руку, и Монтера надел кольцо ей на палец.

— Кажется, немного великовато, — огорченно сказал он.

Габриель покачала головой.

— Нет. Подходит отлично.

— Это знак… — Он помолчал, потом криво усмехнулся. — Такой момент — и я не могу найти слов.

— Рауль, — тихо сказала она, — я хочу попросить тебя о чем-то.

— Для тебя — все, что хочешь.

— Пойди погуляй. Мне нужно немного побыть одной.

— Прости, — грустно произнес он. — Пойду к себе. Может, мы еще увидимся утром, прежде чем я улечу.

— Нет-нет! — испуганно воскликнула она. — Я хочу, чтобы ты вернулся!

— Конечно, любовь моя. — Он поцеловал ее. — Я приду через полчаса.

Оставшись одна, Габриель подошла к телефону и набрала номер.

— Это Габриель, — сказала она, когда Вильерс взял трубку.

— Какие новости?

Она глубоко вздохнула.

— Доннер был с нами сегодня вечером. Я слышала, как он сказал Раулю, что акция состоится в субботу, а завтра утром они вылетают в Ланей. Не знаю, где это.

— В Бретани. Сходится с тем, что мы уже знаем.

— Он предложил и мне лететь с ними. Он снял особняк, который называется Мезон-Блан.

— Ты согласилась?

— Я хочу выйти из игры, Тони. Я больше не могу.

— Я знаю, что тебе трудно. Но это нужно сделать. Я знаю твои чувства к Монтере. Он хороший человек, и я им восхищаюсь, но он враг, Габриель, а мы сейчас не говорим о личных чувствах. Нельзя допустить, чтобы они получили «Экзосеты».

— Все равно, я не хочу больше в этом участвовать.

— Ну ладно. Я не могу тебя заставлять. Постараюсь управиться сам. Но тебе придется объясняться с Фергюсоном. Позвони мне утром, если передумаешь.

Он положил трубку, но тут же поднял ее снова и набрал номер квартиры на Кавендиш-сквер в Лондоне. Ему ответил Гарри Фокс.

— Неважные новости, Гарри, — сказал Вильерс. — Я только что говорил с Габриель. Она чувствует, что больше не может. Она хочет выйти из игры.

— Ладно, — ответил Фокс. — Оставь это нам.

Габриель налила себе еще виски и выпила, чтобы успокоить нервы. Она должна сделать это.

Она села и набрала номер Фергюсона в Лондоне. Он ответил почти моментально.

— Фергюсон.

— Габриель.

Его голос сразу потеплел.

— Девочка моя, где вы были? Я несколько раз пытался дозвониться до вас, но никто не отвечал.

— Мы ходили ужинать.

Он немного помолчал. Пауза показалась ей невыносимой.

— Мне тяжело говорить, — наконец произнес Фергюсон.