— Гм-м, — голова повела глазами. — С тобой птица Одина.

— И дары, сэр, как и положено гостям.

Джинни слегка выделила слово „гостям“, чтобы напомнить Мимиру о священном долге гостеприимства.

— Возможно, они вам пригодятся, — сказала Джинни, снимая рюкзак и доставая подарки.

Выбирала она их придирчиво. Золота здесь и так полно. Оружие и одежды голове ни к чему. Что тогда? Зуни вырезали из минералов и полудрагоценных камней красивые фигурки — людей, животных. Хотя это были местные фетиши, они часто выставлялись на продажу. Джинни прихватила несколько вещичек гагатового быка, пенковую овцу, оленя из доломита, рыбку из черного мрамора, гадюку из змеевика… И выставила подарки на камень перед головой.

Мимир оглядел дары.

— Да, чудесная работа, — признал он. — И действительно заграничная. Я поразвлекаюсь, разглядывая их. Но ты должна мне рассказать о них побольше.

— С радостью, милорд, после вашего мудрого совета.

Наконец мертвая голова выказала хоть какие-то чувства. По крайней мере, она подняла брови.

— Совет? Какой еще совет? То, что ты принесла, обязывает меня выпроводить вас живыми после того, как вы утолите мое любопытство. И все.

Джинни не стала спрашивать, как же он может им повредить.

— Ваша мудрость простирается дальше ветвей Иггдрасиля, — поспешно промолвила она. — И я уверена, что загадка вас заинтересует. В нашем мире никто не может ее решить, ни один смертный человек. Я пришла потому, что знала — Мимиру это по силам!

Голова задумалась. Наступила тишина, нарушаемая только сопением Фьялара. Впервые Джинни видела испуганного гнома. Если он чует больше ее, ведьмы, какими же силами может владеть Мимир?

— Так, — проворчала голова, — пришла ты издалека. Задача для меня новая и неизвестная. Никто, кроме Одина, не отваживается спускаться сюда. Это тоже кое-что да значит. Должен признаться, что сидеть тут одному так скучно… Ладно. Садись и расскажи, в чем дело. Может, я смогу тебе помочь.

Джинни едва не заплясала от радости.

— Спасибо, милорд!

— Естественно, — ответил Мимир. — Ты же заплатишь за совет.

Фьялар застонал. Эдгар встопорщил перья. У Джинни мороз пошел по коже.

— Заплатить? — прошептала она. — И что за цена?

— Глаз.

Джинни содрогнулась.

— Нет! Вы… вы, наверное, шутите, милорд.

„Вряд ли, — пронеслось у нее в голове, — он потерял чувство юмора вместе с телом“. И добавила:

— Разве достойно, милорд, заламывать цену за доблесть?

— Один заплатил. С тебя я не могу взять меньше.

— Адвокат! — каркнул Эдгар.

Цена была слишком высока. Хотя Джинни чувствовала, что спорить бесполезно.

— Его глаз лежит в источнике мудрости. Каждый день я пью из него.

„Интересно, как?“ — мрачно подумала ведьма. И представила себе, как голова катится вниз и хлебает, выпучив глаза… И каким же образом Мимир отличает день от ночи?

— Я… Я не готова…

— Если у тебя дрожат пальцы, глаз может выклевать твой ворон, — предложил Мимир. — Правый или левый, на твой выбор, — галантно добавил он.