– У меня их нет. Кончились. Вышли все. Ещё вопросы?

– Нет. Всё.

– Новые документы?

– Ах, да! Сейчас!

Он отворачивается от меня, и что-то ищет в поясной сумочке. Только я успеваю раньше заметить, что он вытаскивает широким жестом. Так документы не вытягивают. Так пистолет достают. Непрофессионалы. Или начинающие сотрудники. Опытные стреляли бы со спины, из-под руки, не размахивая стволом пистолета как автоматом...

Кресло летит ему в ноги. Он падает не успев развернуться. Но пуля... пуля достаёт меня. В живот. Она не просто достаёт, а отбрасывает на стену. Рву в падении кобуру на плече и стреляю. В ногу. Попал в ногу. Не успел я выстрелить ещё раз, как дверь распахивается, и та самая девочка-припевочка с ошпаренной рукой уже в комнате и садит в меня две пули. В грудь. Бьюсь головой о стену. Больно. Сознание помутилось. Но я ещё кое-как воспринимаю действительность.

– Помоги!

– Как ты?

– В ногу попал.

– Кость цела?

– Не знаю. Встать не могу на ногу. И кровь хлещет! Беги в ванну. Там аптечка и полотенца.

– Надо уходить! Соседи уже наверняка полицию вызвали. Ещё бы этот козёл стрелял без "глушилки". Хотя в коридоре было тихо. Никого.

– Как думаешь, он сдох?

– А куда ему деваться, Жаль, что "контроль" запретили делать и в зубы ничего не совать. Как ты?

– Лучше. Тяни. Кровь не останавливается. Надо уходить. Опять к доктору?

– Дорогу знаем. Сегодня я поведу.

– Хорошо. Только не забудь героин положить и его турецкий паспорт.

– Проверь, что у него в сумке.

Девка роется, выгребая всё моё не хитрое имущество.

– Куртка, перчатки, шапка, так, так... А это что?

– Что там?

– Свёрток твёрдый. Ух, ты! Есть!!!

– Что? Что там? У-у-у-у! Больно!

– Карточки! Кредитки!!! Много!

– Всё наше!

– Ищи пин-коды!

Всё вытряхивает из сумки на пол. Шарится. И забыли, что грохот был от стрельбы. Кого на Предприятие набрали?! То же мне "исполнитель" с "контролёром"! Бери сумку, выворачивай карманы и уходи. Уводи раненного. Стараясь не дышать, хотя самому орать хочется от боли, жду когда эта группа дилетантов, недавних выпускников "бурсы" покинет место происшествия. Если не уйдут в течении десяти минут, то мне надо уходить. С боем или без боя. Мальчишка мне слабый конкурент, а вот девушка... Та – воин.

– А ты расстраивалась, что из "граника" в пустую квартиру шарахнула. Видишь, живой, и сам нам всё принёс. И деньги и информацию. Мы её повторно продадим, ещё денег снимем!

– Да! Папа – гений!

"Папа". Мы так Директора называли. Неужели он – ПРЕДАТЕЛЬ?! Хотя, точно знаю, что другие отделы так называли своего начальника. Так. Тихо. Успокой нервы. Ты – покойник, а мертвецам не положено нервничать и поднимать давление. Лежи. Лежать! Тихо-тихо дыши. Можешь считать про себя секунды в обратном порядке. Начни с шестисот.

Хотя в нас вбили внутреннее время. Часы не нужны. Только при перемещении из часового пояса в другой, иногда происходит сбой.

– Да, я из-за этого старикана себе руку спалила, пока переодевалась! Сволочь!

Пинает меня. Я мёртвым кулём падаю на бок из полусидящего положения.

Больно! Больно! Очень больно! Грудь разрывается на тысячи огненных осколков. Боль полыхает в голове. Под закрытыми веками бушует костёр.

Кто это "старикан"? Я бы тебе показал кто старикан! Вон, в Бразилии, модели довольны были. И не проститутки, а по обоюдному согласию! Можно сказать по любви! Если бы не задание, так я бы женился на ней! А ты по сравнению с ними – мартышка голозадая с гранатомётом! Когда у тебя последний раз секс был? Только сексуально неудовлетворенная мадам так умело может обращаться с гранатомётом, который ей напоминает фаллос.