— Может, они относились к тому мужчине, который был с вами.

Силк продолжала смотреть на него, обдумывая то немногое, что он позволил ей увидеть. Он скрывал свои реакции — это наводило на определенные размышления. Ее любопытство сменилось тревогой и опасениями, и она спросила:

— Действительно относились?

Киллиан чуть не совершил ошибки. Но в последнее мгновение он передумал.

— Нет. Вы водили этого дурня, как рыбу на крючке. Он понятия не имел о том, что вы такое.

Силк мысленно отстранилась, услышав презрение, которое так ясно прочитала в его взгляде на той вечеринке.

— А вы имеете? — отозвалась она с горечью, не заметив, что слишком ясно демонстрирует ему свои чувства.

Но Киллиану не нужно было слышать ее слов, чтобы их понять.

— Нет. Считал, что имею, — признался он, и не пытаясь сгладить свою оценку. — А теперь в этом не уверен. А хотел бы быть уверен. — Он протянул руку, но не стал прикасаться к Силк. Задание, с которым он сюда приехал, потонуло в настоятельной потребности тронуть ее, коснуться ее мыслей так, как он не смел коснуться ее тела. — Вы меня заинтриговали. Довольно сильно для такого недолгого знакомства.

Силк просила, чтобы он говорил правду. Глядя на него, видя его ясные глаза, слыша слова, в которых отражались и ее чувства, она нашла то, что искала. Он осуждал ее. Ему не понравилось то, кем он ее считал, и все равно он хотел попробовать сблизиться с ней. Возможно, так даже лучше. Если бы Киллиан не знал, чем она была, ей пришлось бы думать о той минуте в будущем, когда ей придется объяснять ему это — если будущее состоится. А так он все знал заранее.

Но еще сильнее ответы нужны были ей самой. Охватившие ее чувства требовали, чтобы она к ним прислушалась — впервые за всю ее жизнь. Даже сейчас она смотрела на него совсем не так, как на остальных. Ночь была теплой, в воздухе уже ощущалось предчувствие завтрашнего дня, вместе с легким ветерком ласково касавшееся ее кожи. Она приехала сюда, чтобы создать новую жизнь. Она надеялась, у нее будет время, чтобы привыкнуть к этому еще неизвестному будущему. Может быть, судьба судила иначе. Может быть, ей надо снова набраться мужества и потянуться за звездой, которую она, никогда и не надеялась достать.

Риск. Но ее жизнь всегда была полна риска-и она смогла уцелеть.

— Вам надо так много времени, чтобы принять решение? — спросил Киллиан, ласково погладив ее по щеке.

Силк моргнула, опять посмотрела ему в лицо и увидела на нем легкую улыбку, которая манила ее придвинуться поближе. Она подалась немного вперед, но потом, спохватившись, остановилась. Риск — это одно. Пустая бесшабашность — совсем другое. И она отстранилась — от его теплого прикосновения, от его нежного голоса.

— Ладно.

Силк направилась к своей машине.

Киллиан секунду смотрел ей вслед, а потом догнал ее. На мгновение в ней появились мягкость и ранимость, вновь не соответствовавшие тому образу, который началу него складываться.

— Что значит «ладно»?

Силк не смотрела на него.

— Это значит, что вы можете поесть вместе со мной, если хотите. Но хочу вас предупредить: мой бюджет не позволяет мне ничего, кроме ближайшей закусочной, где продаются гамбургеры.

Он поймал ее за руку и заставил повернуться, чтобы видеть глаза.

— Я угощаю.

Она покачала головой:

— Как я сказала или никак.

Он рассмеялся: ее монотонная скороговорка настолько удивила его, что он забыло всех своих неверных оценках, о своем задании, о ее сексапильности. Сквозь все это — и хорошее и плохое — пробилась подлинная симпатия.