Принципиальное значение для понимания опричнины имела работа Г.Н. Бибикова о социальном составе опричников. В ней автор путем внимательного разбора сведений из разрядных книг выяснил, что в опричнину брали не столько земли, заселенные княжатами и боярами, сколько те, которые находились во владении многих сотен рядовых помещиков и вотчинников, составлявших основу опричного войска. Этим самым был нанесен решительный удар по схеме С.Ф. Платонова, говорившего об антибоярской направленности опричнины.

Исследование Бибикова было продолжено В.Б. Кобриным, которому удалось не только по разрядным книгам, а на основании всей массы сохранившихся источников выявить около 300 опричников и проследить их биографии и социальное положение. Изучение В.Б. Кобриным состава опричного двора внесло много нового в историю создания опричного корпуса, в изучение землевладения опричников и их военной и административной деятельности. В.Б. Кобрин окончательно развеял легенду о мнимой «демократичности» основных кадров опричных военачальников, показав, что Иван IV формировал опричнину из тех же социальных слоев, которые составляли государев двор еще в середине XVI в. Очень важны наблюдения автора об изменениях в составе опричнины на протяжении 1565–1572 гг., о роли старо-московского боярства в создании опричнины и об изменении в руководстве опричниной, происшедшем около 1570–1571 гг. Составленный В.Б. Кобриным комментированный список опричников является незаменимым подспорьем для каждого, кто попытался бы исследовать историю опричнины Ивана Грозного.

Большую работу по изучению внутриполитической борьбы в годы опричнины ведет Р.Г. Скрынников. Его наблюдения о подготовке опричных мероприятий в 1561–1564 гг. и посланиях Курбского старцу Псково-Печерского монастыря Вассиану, а также анализ Казанских и Свияжских писцовых книг 60-х годов XVI в. в связи с проблемой опричных опал 1565 г. заслуживают самого пристального внимания. Скрынников убедительно показал, что первые земельные переселения связаны не столько с образованием территории опричного удела, сколько со ссылкой опальных княжат и детей боярских в Среднее Поволжье в мае 1565 г. Интересны его источниковедческие этюды (о синодике опальных и завещании Грозного). Скрынников собрал много данных о существовании разнообразных уделов в годы правления Ивана IV, о владениях служилых князей в годы опричнины и т. п.

В сфере пристального изучения советскими историками находятся вопросы внешней политики в опричные годы. В частности, много внимания уделяется взаимоотношениям с Крымом и Турцией. В своем капитальном исследовании A.A. Новосельский показал, как «именно в период Ливонской войны возникло особенно резкое обострение московско-татарских отношений, разрешившееся только к концу века установлением мира». Литва и Польша, боявшиеся усиления России, были заинтересованы в использовании татар против Русского государства в течение войны за Ливонию. России пришлось одновременно вести войну и с Ливонией, и с Крымом. Е.Н. Кушева глубоко изучила сложные вопросы русской политики на Северном Кавказе, которая заключалась в том, чтобы, «опираясь на связи с народами Северного Кавказа и Кавказа, перерезать путь турецкой агрессии через Северный Кавказ в сторону Закавказья и удержать в своих руках выходы через Каспийское море на Восток». Ряд специальных книг и статей появился о Ливонской войне и русско-английских отношениях. В частности, на большом материале показана героическая борьба России и народов Прибалтики с Ливонским орденом. Очень интересны новые данные, обнаруженные Г.А. Новицким, которые говорят о заинтересованности дворянства в присоединении Прибалтики к России.

Первые обобщающие труды, посвященные опричнине и Ивану Грозному, появились уже в 20-х годах, когда происходило становление марксистско-ленинской исторической науки в напряженной борьбе с буржуазной историографией.