Между ними возникла какая-то новая необъяснимая напряженность. Он прикоснулся кончиками пальцев к ее шее и медленно погладил ее, пока в такт его движениям в ней не забились тысячи крохотных молоточков пульса. Еще минута, решила она, даже меньше минуты — и она обязательно вылезет из его машины. Она прямо сейчас скажет ему, что уходит. Просто глупо задерживаться здесь даже на мгновение.

— Доктор Хоукинс, — прошептал Дэмион, и его теплое дыхание нежно коснулось ее щеки, — сказать вам, что мы с вами испытывали с самой нашей первой встречи?

— Нет! — хрипло вскрикнула она, пытаясь задействовать хоть несколько оставшихся клеток мозга. — Нет, я не хочу об этом говорить!

— Может быть, вы предпочли бы, чтобы я продемонстрировал вам, чего мы оба хотели? И чего хотим сейчас?

— Нет…

— Санди, радость моя, вам надо дать уроки того, как говорят «да». Это совсем легко, надо только постараться.

Глаза его заискрились смехом. Он обхватил ладонями ее лицо. Большими пальцами он прочертил несколько дразнящих кругов у нее на щеках, а потом прижал кончики пальцев к уголкам ее губ.

— Губы надо сложить вот так, — пробормотал Дэмион, нежно на них надавливая. — А теперь сделайте глубокий вдох и попробуйте произнести это волшебное слово.

Ее последние охраняющие искры разума клетки мозга отказались действовать, лишив ее дара речи, даже жизненно важной возможности сказать «нет». Она закрыла глаза и невольно чуть запрокинула голову, подставляя шею его ласковым пальцам. Санди убеждала себя, что, если бы только его пальцы остановили движение, она смогла бы заговорить, но зачаровывающие ласки не прекращались. Он продолжал гладить ее даже тогда, когда вдруг вытащил шпильки из ее волос. Она задрожала от наслаждения, когда Дэмион распустил узел ее волос и нежно расправил темно-каштановые пряди у нее на плечах.

— У тебя необыкновенно красивые волосы, — хрипловато проговорил он. — Когда я представлял себе, как они рассыплются у меня по подушке, я не подозревал об их подлинной красоте.

Хотя Санди по-прежнему не могла говорить, ей удалось наконец открыть глаза. Этот поступок необязательно был разумным. Даже в полумраке автомобильного салона она смогла разглядеть пятна краски, которые оставил на его щеках жар страсти, и ее сердце ответно забилось. Санди протянула руку, нерешительно проследив чуть заметные морщинки, веером расходившиеся от уголков его глаз. Упоительно было почувствовать, как ее прикосновение заставило его напрячься.

— Открой рот, — глухо прошептал он. — Я хочу тебя поцеловать.

Его руки скользнули вниз и легли на ее грудь, а большие пальцы начали умело и знающе ласкать ей соски. Скрыть мгновенную реакцию на его прикосновение было бы невозможно.

— Скажи мне, что ты этого хотела, Санди, — пробормотал он. — Скажи, что именно этого ты жаждала с первой же секунды нашей встречи. Разреши мне подняться к тебе. Обещаю, что мы будем делать только то, чего ты захочешь. Мы будем заниматься любовью так, как тебе больше всего нравится.

Его отработанные слова соблазна камнями упали во внезапно обострившееся в этот момент сознание, и тело ее застыло в мгновенном ледяном отвращении. Даже то, что его прикосновение было таким умелым, напомнило ей — как раз вовремя! — что Дэмиона не интересует она сама, что он просто соблазняет ее тело, чтобы выиграть пари и потешить свою задетую гордость.