Но она смеялась над ними. Ее глаза горели от возбуждения. Давно она не радовалась так жизни, как сейчас.

– Наконец, – кричала она, – я делаю, что хочу! Бедный Уилликин всегда находился рядом с ней.

Он был слишком мал, чтобы понимать, какие опасности выпадали на их долю, он слепо доверялся ей. Она была принцессой, с нею ничего не могло случиться, и, пока он был с ней, он был в безопасности.

После Каира они посетили Назарет, где она решила основать рыцарский орден. Она назвала его орденом святой Катерины Иерусалимской. Надо же как-то вознаградить тех, кто преодолел вместе с ней это огромное расстояние и навестил святую землю. Пергами, Уилликин и секретарь Хаунэм были награждены новым орденом.

Она, конечно, должна еще посетить Иерихон, а потом уж – в обратный путь.

В конце октября тысяча восемьсот шестнадцатого года она снова очутилась на вилле д'Эсте.

– Все хорошо, Ваше Высочество, – сказал он ей.

– Вы какой-то мрачный, у вас все в порядке?

– Да, мадам.

– Ну, я надеюсь, вы рады снова видеть меня дома.

Креде поклонился. Она разговаривала с ним так ласково, так сердечно. Как это глупо – давать врагам шанс, польстившись на деньги, ну почему он позволил подкупить себя?

Пергами ходил по дому и все проверял. В комнате Креде он, к своему удивлению, нашел новую связку ключей.

Внимательно проверил их и увидел, что это копии ключей от виллы. Зачем Креде дополнительный набор ключей? Он мог, конечно, спросить самого Креде. Но тогда тот мог насторожиться. Нет, он не станет этого делать, лучше понаблюдает за Креде.

Пергами давно знал, что за принцессой следят. Он был ее камергером, и его долг охранять ее. Он обязательно узнает, зачем Креде еще одна связка ключей.

Он не стал говорить Каролине об этом открытии. Она не умела хранить тайны, и он знал ее реакцию заранее. Она скажет, что Креде – хороший слуга, и запретит его подозревать. Он, Пергами, тайком последит за Креде…

Скоро он обнаружил, что ночами Креде покидает свою комнату и слоняется по вилле. Очевидно, это он ищет Анету.

Пергами пришла идея. Он уволит Креде за совращение горничной. Повод вполне подходящий. Потом конфискует у него ключи, обе связки. И больше не будет причин для тревоги.

Он вызвал Креде.

– Я больше не нуждаюсь в вашей службе, – сказал он ему, – вы уволены.

– Но… почему… что я сделал?

– Вы ведете себя неподобающим образом с одной из служанок. Я не потерплю такого поведения в этом доме.

Креде остолбенел, а Пергами продолжал:

– Я заберу у вас все ключи. Я знаю, у вас две связки.

Встревоженный, понимая, что его связь с Анетой не могла быть настоящей причиной увольнения, Креде отдал ключи безропотно. Пергами хотел спросить его, зачем ему вторая связка, но удержался. В любом случае он не поверил бы объяснению.

Креде высказал догадку при встрече с Омптедой:

– Он уволил меня так грубо, потому что…

– Из-за разгульности? – Омптеда вскинул бровь и пристально посмотрел на Креде. – Не думаю. О нас достаточно ходит сплетен, все ложь. Нам нужно быть крайне осмотрительными. Я не хочу больше обсуждать это дело. Вы покинете виллу немедленно.

Сказав это, он отвернулся и оставил озадаченного Креде в одиночестве.

Может быть, узнали, что он работал на Омптеду? Если он признается и объяснит все принцессе, если напишет, что хотел оставаться преданным ей, а по этой причине признался, может быть, его снова возьмут на работу?

Самое главное на свете, чтобы его снова взяли на виллу.