Девушка повесила трубку и повернулась к Кэт и Лидии, с нетерпением ожидающим, что она скажет.

– А что, – спросила она, расплываясь в улыбке, – носят повара на роскошных яхтах?

ГЛАВА 12

Новые манекенщицы Парис порхали по подиуму, как стайка тропических птиц в коротеньких платьицах – прямой до бедер шелковый верх и очень короткие пышные юбочки из плиссированного тюля, алого, малинового, ярко-розового, сиреневого и синего цветов. Парис придумала эти платья вчера вечером, вдохновленная тоненькими фигурками и юной красотой Наоми – дочери Берти и ее подружек по танцевальной школе.

Идея Берти оказалась просто блестящей, она не только спасла показ, но придала всей демонстрации какой-то стиль. Наоми была смуглой тоненькой девушкой с восточными глазами и длинными ногами, она бы и в мешке выглядела прекрасно, но в платье Парис смотрелась потрясающе. Ее подруги обладали этакой непринужденной грацией, приобретенной долгими тренировками, все они были достаточно высокими, темноволосыми и невероятно тоненькими. Они не только прекрасно подходили для показа Парис, они были как будто специально для него созданы. Все эти платья, которые они с Берти шили всю ночь напролет, имели целью сразу привлечь внимание, ошеломить зрителей с самого начала. Дать им понять, что эта демонстрация будет отличаться от всех остальных, что в мире моды появилась новая звезда.

Жан-Люк тоже расстарался вовсю, украсив крохотные шляпки букетиками с изящными шелковыми камелиями, шляпки эти носились кокетливо сдвинутыми на один глаз и были таких же ярких цветов, как и платья. Шляпки выкрасила за ночь его несчастная молодая жена, руки которой так и не отмылись от краски.

Девушки выглядят потрясающе, думала Парис, наблюдая, как их длинные сильные ноги балерин, обтянутые черными колготками и обутые в ярко-красные туфли на высоченных шпильках, вызывающе вышагивали по подиуму. У них у всех был озорной и немного порочный вид, как будто сюда сбежалась группка современных оперных цыганок. Эффект возникал чисто театральный и совершенно необычный, это была одна из тех идей, которая рождается мгновенно, а затем уже может иметь своих последователей, сформироваться в новое направление, разойтись по всему миру – такие вещи сразу же делают человеку имя, как костюмы Монтана или смокинги Сен-Лорана.

Затем Наоми и другие девушки отбросили свой надменно-недоступный вид и пустились отплясывать самбу под веселую музыку, которую за сценой включил Диди.

Ах, Господи, все равно через динамики идет какой-то треск. Диди так и не удалось наладить звук! Она оглядела захламленный зал в поисках электрика. Неужели они все могут подготовить к завтрашнему дню? Разносчики все еще сновали туда-сюда, заносили ужасно неудобные позолоченные стульчики, неизменную принадлежность всех парижских шоу, электрики неумело возились со светом, где-то сзади время от времени вспыхивали яркие огни или прожектора. Аранжировщики цветов украшали боковые стороны подиума огромными бледно-желтыми лилиями, на которых настояла Парис, считая, что они хорошо вписываются в стиль тридцатых годов, хотя Диди заявил, что они напоминают ему о похоронах и вызывают ужасную аллергию. Берти и ее помощницы сидели за столом в углу, что-то приметывая, пришивая рукава, в то время как за кулисами на специальных стойках развешивались сами туалеты и необходимые аксессуары. На каждой стойке было написано имя девушки; занимались этим танцовщицы, которые не участвовали в показе, но, тем не менее, выказывали желание поработать костюмерами. Две девушки-гримерши возились с коробочками пудры, теней и румян, а парикмахер и его помощник включили на полную мощь феи и что-то там экспериментировали, пытаясь в точности выполнить то, чего от них требовала Парис.