Однако сейчас Волки получили приказ покинуть город, бросив всех своих близких на произвол судьбы, и центурион не мог с уверенностью сказать, как они поведут себя, оглянувшись назад и увидев, что беззащитная Каллева, словно созревший плод, готова упасть в алчные руки свирепого Каратака.

Но он знал одно: этот миг станет для них подлинным испытанием верности своему воинскому долгу и знамени.

— Командиры, к легату! — разнесся зычный голос глашатая. — Командиры, к легату!

Катон повернулся к своим людям:

— Ждите меня здесь!

Кучка центурионов сгрудилась вокруг Веспасиана, и легат, не тратя попусту времени на уставные формальности, заявил:

— По донесению разведчиков в нескольких милях к западу отсюда стоит лагерем большое войско бриттов. Слишком большое, гораздо больше той шайки, что налетела вчера на город. Похоже на то, что Каратак в конце концов сумел как-то ускользнуть из зоны внимания генерала. А может, и не сумел, ибо те же разведчики сообщают, что вдали, намного дальше лагеря Каратака, видны отблески костров другой большой армии. Возможно, это Плавт, но возможно, и нет. Я приказал патрулям выяснить, что это за войско. Не исключено, что Каратак движется двумя колоннами, а командующий все еще ловит свой хвост, крутясь волчком на севере, за Тамесис. Если это так, значит, бритты основательно поимели нас в зад.

У некоторых командиров вырвался нервный смешок. Потом легат продолжил:

— Если мы останемся здесь и попытаемся удержать Каллеву, нам удастся обороняться день или два, после чего нас задавят числом. Затем враг ринется к остаткам нашего легиона и тоже полностью их уничтожит. Лучшее, что мы можем сделать, это как можно скорее убраться отсюда, пойти скорым маршем на соединение с остальными когортами и запереться в походном лагере, где можно будет обороняться до тех пор, пока не кончится провизия или не подоспеет на выручку Плавт. Верику и его стражников берем с собой: они вернутся в Каллеву, когда все утрясется. Выступаем плотной колонной, повозок берем немного, столько, чтобы хватило для раненых. Ничего лишнего: солдаты кроме оружия и доспехов возьмут с собой лишь двухдневный паек. Вопросы есть?

— Так точно, командир, — прозвучал голос, и все головы повернулись к Квинтиллу. — Что будет, если враг перехватит нас на марше до воссоединения с остальными когортами?

— Если это случится, трибун, тебе придется делать карьеру уже в ином мире… Лучше позаботиться, чтобы этого не случилось. Еще вопросы? Нет? Прекрасно. Ступайте к центуриям, готовьтесь к маршу. Выступим по моему сигналу. Все свободны… Центурион Макрон, а ты задержись.

Макрон, еще в детстве, в тот недолгий период, когда взрослые пробовали его чему-нибудь обучить, усвоивший, что на любом сборище лучше держаться в задних рядах, дождался, когда все разойдутся, и предстал перед Веспасианом.

— Командир?

— Ты знаешь центуриона Гая Силана?

— Так точно, командир. Вторая когорта.

— Да, он оттуда. Верней, уже нет. Силана убили вчера, и я хочу, чтобы ты сегодня его заменил. И возьми с собой остатки твоего гарнизона.

— Есть, командир. А как быть с центурионом Катоном?

— А что с ним?

— Его люди… они идут с нами?

Веспасиан пару раз хлопнул глазами, потом кивнул.