Орхидея на шаг отступила:

— Сохрани это для следующего корпоративного босса, на которого устроишь засаду, чтобы выкачать финансирование. Надо признаться, от этого выброса гипноталанта твой костюм и зубы просто сияют и блестят, но на того, кто тебя хорошо знает, Престон, твой талант долго не действует.

— Ты озлобилась, — заметил он спокойно.

— Вообще-то нет. Злюсь я только на тебя.

— Из-за того, что случилось в прошлом году?

— Потому что, черт возьми, ты использовал меня. Я знаю, что ты подделал свою анкету в брачном агентстве. Или же, возможно, ты зашел так далеко, что подкупил моего консультанта в «Идеальных партнерах».

— У тебя нет доказательств.

— Это вовсе не значит, что я не знаю правду.

— Откуда такая уверенность? — потребовал он ответа.

— Да потому что нет никаких оснований, чтобы нас могли соединить в пару. — Она послала ему торжествующую улыбку: — У нас нет ничего общего.

— А, теперь понимаю, о чем речь, — Престон с жалостью посмотрел на нее. — Ты просто ревнуешь. И хочешь, чтобы я вернулся.

— Да ты в своем уме?

Орхидея прервала разговор, краем глаза увидев, что к ним идет Раф. Что-то ей не понравилось в его скользящей размашистой поступи. Даже издалека она почувствовала исходящую от него энергию. У него было паршивое настроение. Орхидее стало любопытно, не устроил ли ее отец Рафу допрос с пристрастием.

Престон чуть повернулся и проследил за ее взглядом. Лицо его прояснилось.

— Скажи-ка, не твой ли это друг Стоунбрейкер?

«Что ж, на один вопрос ответ я получила», — подумала Орхидея, увидев, как Лус поспешно спрятал отразившуюся на лице страстную заинтересованность. Теперь она поняла, зачем он сегодня ее разыскал. Престон хотел добраться до Рафа. В привычной манере он воспользовался ею для достижения своих личных целей.

— Поверить не могу, что мы встретились. — Престон протянул руку, когда Раф подошел и остановился рядом с ними. — Я доктор Престон Лус, доцент кафедры синергетических исследований в здешнем институте. Как я понимаю, вы друг Орхидеи.

Орхидея ощутила энергетическое оживление на психическом горизонте. В воздухе на короткое время запахло бурной деятельностью таланта-харизматика.

Неожиданно улыбка Престона засияла таким теплом и очарованием, которых с лихвой хватило бы, чтобы осветить темную комнату. Только, кажется, на Рафа эта улыбка не произвела впечатления, заметила Орхидея. «Может, сталкерам дарован своего рода иммунитет от харизмы?» — подумала она. Ведь охотник не мог позволить себе пасть жертвой очарования собственной добычи.

— Вы случайно не имеете отношение к Стоунбрейкерам из «Стоунбрейкер шипинг»? — без обиняков спросил Престон.

— Забавно, что вы интересуетесь, — заметил Раф.

Орхидею насторожило, как тихо он говорил, нарочито растягивая слова. Но не успела она среагировать, как ее чувства на метафизическом уровне настиг вихрь другого сильного таланта. На сей раз стратегического.

— О, Боже, — пробормотала она.

В воздухе завибрировала невидимая и опасная энергия. Престон нахмурился, потом моргнул и застыл, как лось-олень, застигнутый светом фар.

Орхидее было знакомо это чувство. Она поспешно отказалась от своего простого плана мести — заставить Престона свалиться в воду. Падение можно было списать на несчастный случай.