Затем он перешел к комоду. Сверху лежали мелкие туалетные принадлежности — щетки для волос, ручное зеркальце. Открыв ящик, Айк увидел, что в нем полно украшений — браслеты, заколки. Он пропускал их сквозь пальцы, слушал, как они постукивают по деревянному днищу, и внезапно представил Майло Тракса, делающего то же самое. Вот он перебирает безделушки и достает костяные гребни — самые красивые, самые дорогие из всего, что было в ящике. Да, все проще простого — гребни не были предназначенной для него ловушкой. Хорошо, что Айк не сказал о них Хаунду Адамсу. Хотя бы раз внутренний голос его не подвел. И в этот момент ему вдруг все стало ясно — он в мышеловке. Айк не понимал, как не осознавал этого раньше. Как сразу не распознал зло, грозившее ему в этом доме. Его все время что-то отвлекало. Сегодня, например, он думал только о том, как бы поговорить с Мишель, уберечь ее от гибельной поездки в Мексику. Уберечь. Господи ты боже мой, да ведь Эллен Такер никогда и не ездила в Мексику! Престон был прав — тот парень в белом «Камаро» солгал. Или просто заблуждался. Но сейчас это не имело никакого значения. Он догадался еще на пляже, что Эллен была здесь. И именно здесь-то все и произошло. Вечер у Майло. Ранчо и было концом пути.

Глава сороковая

Теперь комната казалась ему похожей на гробницу. Когда Айк прикрыл за собой дверь, ему почудилось, что в ней осталось что-то от него самого.

В дальнем конце коридора были ступеньки и дверь во двор. Выйдя наружу, он ощутил влажный ветерок, немного охладивший его горящее лицо. Айк прошел через темный сад, завернул за угол и оказался в одном из внутренних двориков, где собирались гости.

Их набралось уже порядочно. Некоторые сидели в плетеных креслах, другие — прямо на земле. Айк поискал глазами Мишель. Гости были разных возрастов — и помоложе, и постарше, но большинство — примерно ровесники Хаунда. Тут Айк снова вспомнил о подслушанном разговоре, о вопросе седовласого, всели под контролем, и об ответе Майло, что он полагается на Хаунда.

Многие гости были одеты довольно скромно — в джинсы, мексиканские вязаные свитеры или джинсовые куртки, но на некоторых были показавшиеся Айку роскошными вечерние наряды. Судя по всему, одежда играла не последнюю роль в том, как расположились гости. Скромно одетые расселись прямо на цементном полу патио. Среди них Айк заметил Хаунда, оживленно беседовавшего или спорящего с толстым лысым мужчиной, которого он прежде не видел. Айк был слишком далеко и слов не разобрал, но обратил внимание, что собеседники энергично кивают и жестикулируют. Сидящие рядом с интересом следили за их разговором. Одетые поизящнее разбрелись по саду и образовали собственные группки, хотя кое-кто из них тоже подошел послушать.

Айк приметил и тех двух мужчин, которых встречали Майло и Хаунд. Шевелюра седовласого сияла в неярком свете. Самого Майло Айк не видел. Дом и сад наполнили звуки музыки. Из-за тумана было сыро, и листья блестели от влаги. Айк еще раз убедился, что Майло среди гостей нет, и шагнул назад, в тень.

Он никак не мог найти Мишель. В дом через двор идти не хотелось. Айк боялся столкнуться с Майло или Хаундом — непонятно, чего от них можно ожидать, Одежда тяготила. Она немного походила на туалеты некоторых гостей, и в том, что он надел ее, была некая уступка, почти согласие стать человеком Майло.