Членоед повернулся и посмотрел на практиканта:

— Что это с вами?

— Пустяки, сейчас пройдет.

Руки практиканта дрожали, как язычок звонка, а черные круги под глазами расползлись на пол-лица.

— Вы что, не спали?

— Нет… Это все стул…

— Да? А что случилось?

— Сука он!.. — прошептал практикант.

Стул дернулся, захрустел и опять завонял. Разъяренный практикант сделал два шага вперед, но Членоед остановил его, взяв за локоть.

— Успокойтесь, — сказал он.

— Я больше не могу!.. Он издевается надо мной!

— Вы ему судно давали?

— Он делать ничего не желает, — заныл практикант. — Только и знает, что скрипит, хрустит, температуру себе нагоняет и не дает мне жить.

— Возьмите себя в руки, — сказал Членоед. — Потом посмотрим, что с ним. А вы, собственно, чего ждете? — обратился он к Анну.

— Мне надо поговорить с господином Корнелием. По поводу работы.

— Можете мне ничего не объяснять… Я все равно не в курсе.

— Разве господин Корнелий вам ничего не предлагал?

— Господин Корнелий так много всего наговорил, что теперь он у меня спит с утра до вечера.

— Прошу прощенья! Не у вас, а у меня, — поправил его практикант.

— Ладно… У вас, если это для вас так важно… — сказал Членоед.

— Я знаю, что он хотел вам предложить, — сказал Анн. — Могу рассказать.

Членоед выразительно посмотрел на практиканта и кивнул в сторону Анна. Практикант пошарил в кармане халата — он стоял у Анна за спиной.

— В самом деле? Это очень интересно, — сказал Членоед. — Я вас слушаю.

Практикант достал из кармана большой шприц и со всего размаху всадил иглу в жировую прослойку бицепса Анна. Тот попытался было оказать сопротивление, но моментально уснул.

— Куда мне его девать? — спросил практикант, с трудом удерживая тяжелое тело Анна.

— Это уж разбирайтесь сами, — сказал Членоед. — Я пойду делать обход. А там, глядишь, и Постыдный проснется.

Практикант разжал руки, и Анн сполз на пол.

— Можно, конечно, положить его на место стула… — предложил практикант.

Стул испустил целую серию трескучих смешков.

— Оставьте стул в покое, — сказал Членоед. — Попробуйте только его обидеть. Я вас!..

— Хорошо, — согласился практикант. — Пусть остается.

— Решайте сами, дело ваше.

Профессор поправил халат и вышел из палаты мягкой кошачьей походкой. Он исчез в лабиринте вымытых до блеска больничных коридоров.

Оставшись в одиночестве, практикант медленно подошел к стулу и смерил его предельно злобным взглядом. От усталости у него все время слипались глаза. Вошла медсестра.

— Вы давали ему судно? — спросил практикант.

— Да, — сказала медсестра.

— И что?

— А то, что у него древесные глисты. Он один раз сам встал с кровати, иноходью пошел. Смотреть противно. Я так перепугалась!

— Я осмотрю его, — произнес практикант. — Дайте мне чистую простынку.

— Вот, пожалуйста, — сказала медсестра.

У него даже не хватило сил засунуть ей руку между ног, хотя она привычным движением и распахнула полы халата. Она обиженно протянула ему простыню и вышла, размахивая эмалированной посудиной.