На меня напал истерический смех. Я что есть сил сцепила зубы и начала твердить про себя: «Не вздумай расхохотаться. Иначе придется признаться, что купила себе эту красотищу неимоверную».

– Попробовала бровки, – жалобно продолжала Агнесса, – а это мыши!

– Настоящие? – с интересом уточнил Петр.

Екатерина подала Агнессе небольшую одноразовую стопочку, в которой была налита темно-коричневая жидкость.

– Выпейте!

– Да нет, не настоящие, – ответила доктору вместо Несси Роза Леопольдовна. – У нас в особняке не водятся домовые вредители.

– Петр Михайлович, – прошептала вторая медсестра, которая пока не принимала участие в разговоре, – глядите!

– Куда? – завертел головой доктор.

Елена показала пальцем на подушку Макса.

– Мышь!

Екатерина взвизгнула и убежала из моей спальни.

– Господи! – всплеснула руками Сюзанна. – Какие сейчас медработники нервные! Ну мышь! И что? Это Геракл.

– Геракл? – переспросил Петр.

– Точно, – улыбнулась Краузе. – Он генерал всех наших мышек, то есть хомяков. Македонский, убери парня, а то врачи сейчас сами без чувств рухнут.

Огромный кот оторвался от меня, одним прыжком оказался на подушке. Елена закрыла ладонью лицо и взвизгнула:

– Он его сожрет!

Геракл тем временем спокойно залез на спину кота-гиганта, потом вскарабкался ему на макушку и лег там. Он любит находиться в этой позиции, оттуда у него наилучший обзор всего происходящего.

Екатерина заглянула в спальню:

– Он его сожрал?

– Да, да, – кивнул Костин. – Потом и Петра загрыз – помогите лужи крови замыть. Так. Хватит ерундой заниматься. Лампа, рассказывай, что произошло? О каком пакете идет речь? При чем тут брови, глаза, губы?

– Ну… э… – начала мычать я, – понимаете… в общем… если углубиться внутрь вопроса, как надо… и… Ой! Простите! Телефон звонит!

Я схватила трубку.

– Юра, что случилось?

Никогда еще я так не радовалась вызову от компьютерного гуру.

– Ирина, мать Нины и Светы, провела детство в селе Дубяново, – сообщил Чернов. – Потом семья перебралась в Москву. В деревне осталась мать…

Тут из моей комнаты донеслись громкий звук, женский визг и крик:

– Убили! Убили! Убили! Взорвалось! Спасите!

Я бросилась в свою спальню.

Глава двадцатая

– Где наш герой-психолог? – осведомился Чернов.

– Он получил свой шанс. Отправила Дмитрия в Тульскую область, – объяснила я. – Туда, где провела раннее детство Ирина Андреевна, мать Светы и Нины.

– Никого из родни Морозовых в Дубяново давно нет, – пробормотал Чернов, глядя в ноутбук. – Но сама деревня существует и даже процветает. Вблизи нее построили небольшой завод по производству плавленого сыра. Появились рабочие места, село ожило.

– Задача Дмитрия – найти человека, который знал Морозовых, расспросить его об этой семье, – объяснила я. – Думаю, он никого не отыщет. Но попытаться следует. Дмитрий раньше восьми вечера в Москву не вернется. Спокойно обговорим все проблемы.

– Что у вас вчера случилось? Ты трубку бросила, больше не отвечала, – полюбопытствовал Чернов.

Я опустила глаза. Пока я, стоя в холле второго этажа, общалась с Юрой, Петр сумел аккуратно снять вторую бровь и наклейки с губ.