– Могу ли я встретиться с ней? – спросила она его однажды ночью, когда он в постели рассказывал ей истории об Энди.

– Я подумаю, – сказал он. – Она в Роли, и они ограничивают круг посетителей, но я думаю, тебе следовало бы встретиться с ней. Вы понравились бы друг другу.

Удивительно, как может удвоиться и даже утроиться любовь. Даже к Марти она испытывала какую-то симпатию. Марти начал относиться к Кики скорее как к другу, чем как к недругу, а в тот вечер, когда он сказал, что никогда не пробовал ничего вкуснее ее жареного цыпленка, она поняла, что одержала над ним победу. В тот самый вечер он принес гитару в гостиную и сыграл несколько песен группы «Creedence Clearwater Revival», слова которых знал наизусть, тогда как они с Тимом запинались на каждом слове. Он научился играть на гитаре во Вьетнаме, объяснил Тим, где музыка помогала ему пережить тяжелые времена.

За день до Хэллоуина она купила три тыквы, и они все вместе, втроем, усевшись на кухне, грызли поджаренные тыквенные семечки, вырезая в тыквах отверстия. Сначала она беспокоилась о том, стоило ли давать в руки Марти нож, но он аккуратно вырезал отверстия в тыкве, и его рисунок оказался самым замысловатым, хотя и самым устрашающим из всех.

Ее мать любила переодеваться, чтобы встретить у открытой двери ряженых, поэтому Кики соорудила костюм Веселого зеленого великана из зеленых колготок, зеленой водолазки и широкополой зеленой фетровой шляпы. Ей показалось, что, по мнению Тима, она слегка перестаралась, тем не менее он сказал ей, что она восхитительно смотрится в своем наряде.

В ночь перед Хэллоуином Кики надела костюм, зажгла свечи в тыквах и поставила их на ступеньки перед входной лестницей. Однако когда пришел первый ряженый, Марти запаниковал.

– Не открывай дверь! – Он сидел с Тимом в гостиной, но теперь направился к лестнице.

– Все в порядке, Марти, – сказал Тим. – Это просто ребенок, который пришел за подаянием.

– Не открывай ее! – Марти стоял наверху лестницы, и Кики, державшая в руках миску с завернутыми в фольгу шоколадными конфетами, увидела неподдельный ужас в его глазах.

– Все нормально, Марти, – сказала она. – Я не стану открывать.

Тим бросил на нее благодарный взгляд.

– Прости, – сказал он.

Она вышла на улицу и погасила свечи в тыквах, потом Тим отключил свет на фасаде. Стоя посреди холла в костюме Веселого зеленого великана, Кики посмотрела на Марти, который теперь, словно маленький ребенок, сидел на верхней ступеньке лестницы, уперев локти в колени и уткнувшись подбородком в ладони.

– Возьми гитару, Марти, и спускайся вниз, – сказала она. – Давай полакомимся шоколадными конфетами.

– Я буду ждать тебя у входа. – Она схватила телефон и спрыгнула с кровати. – Он сказал, что хочет попросить меня о чем-то важном, – объяснила она Ронни, снимая пижаму.

– О господи! – Ронни отложила журнал. – Ты думаешь, он собирается сделать тебе предложение? Сегодня у вас что-то вроде месячного юбилея и все такое, верно?

Действительно, это была первая мысль, которая пришла в голову Кики, хотя они с Тимом ни разу не заговаривали о женитьбе. Однако то, каким тоном он говорил, подсказало ей, что если он хочет сделать ей предложение, то это серьезно.

– Не знаю. – Забыв о бюстгальтере, она надела через голову майку. – Просто я не могу представить, что он прямо сейчас сделает мне предложение. – Желала ли она его? Она не была уверена.

– Ты и так уже практически его жена, – сказала Ронни. – Боже мой, ты стираешь ему белье.