— Мили четыре, пожалуй. Вы устали?

— Да нет, просто любопытно. А сколько времени занимает дорога туда и обратно?

Стивен задумался.

— К закату вернемся на поверхность, — наконец ответил он.

Арчи обрадовался, что воды в реке оказалось немного и путь был открыт, однако он ясно понимал: без Стивена дороги назад ему не найти.

«Скоро мне придется с ним поговорить, — подумал Арчи. — Он ведь видел, как талисман трепыхался у меня на груди, и наверняка понимает, что здесь что-то не так. Наверное, надо было с самого начала ему все рассказать, и будь что будет».

Однако теперь уже поздно жалеть об упущенных возможностях. За обедом предстоит преинтереснейший разговор.

Речки остались позади, и характер пещеры изменился: просторные округлые залы, из которых в основном состояла Главная пещера, сменились узкими высокими коридорами. Стивен показал Арчи гипсовые цветы — похожие на комок снежинок нежные наросты камня в трещинах. Иногда приходилось идти, расставив ноги, опираясь на выступы противоположных стен, а между ног была глубокая трещина.

Арчи не мог избавиться от ощущения, что ближайшие к входу залы были созданы по определенному плану, а дальше извилистые коридоры сливались в один многоуровневый лабиринт. Несколько раз ему казалось, что они снова проходили по уже пройденным участкам, которые вдруг изгибались или спускались неожиданным образом. На полу опять появилась грязь и заблестели лужицы.

Внезапно коридор круто повернул и превратился в узкий лаз. Арчи заколебался — на него снова накатила паника.

— Этот подлиннее Извилистого лаза, но не такой тесный, — подбодрил его Стивен. — А то, что вы увидите на другой стороне, с лихвой вознаградит все усилия.

С этими словами он протиснулся в лаз, держа лампу перед собой.

Арчи полез следом, отталкиваясь ободранными коленями и не спуская глаз со света лампы, чтобы не потерять голову от мысли, что потолок почти касается затылка. Правда, в отличие от Извилистого лаза, этот был довольно широкий, и Арчи скоро втянулся в ритм движения: локоть, колено, локоть, колено и не смотреть вверх.

Когда лаз расширился, и можно было выпрямиться, Арчи уже улыбался. Страх исчез или превратился в эйфорию: в конце концов, многим ли довелось такое испытать? Ползать по забитым грязью пещерам не каждому придет в голову. Да и красота здесь все же необычайная — мрачное, ничем не приукрашенное великолепие.

— На Земле нет ничего прекраснее, верно?

Стивен усмехнулся:

— Погодите несколько минут, еще не такое увидите.

На протяжении мили они прошли три гигантских зала, в каждом из которых Арчи застывал с раскрытым ртом, пораженный их невероятными размерами: свет лампы не достигал потолка, пол уходил вниз, ниже уступа, по которому они шли, а противоположная стена едва виднелась в темноте.

В последнем зале они слезли вниз, остановившись на ровном участке, где, словно памятники, высились огромные камни.

— Неплохое местечко для обеда, как вы полагаете? — заметил Стивен.

— Да уж, — выдохнул Арчи.

Стивен снял с плеча сумку и вытащил из нее жареную курицу и кусок сыра. Глотнул из фляги и протянул ее Арчи. Тот снова отказался: в таком месте не хотелось притуплять чувства алкоголем.

«Теперь я начинаю понимать, как люди могут проводить столько времени в пещерах, — подумал Арчи. — Возможно, я начинаю понимать Стивена».

Почувствовав возможность найти общий язык, Арчи приободрился. Пора уже кое-что объяснить — Стивен поймет.

— А здесь… ну, ничего странного в последнее время не происходило? — спросил Арчи.