– Помолчи! – Шакенов раздраженно осадил водителя. – Почему ты поставил крест именно там?

– Во сне увидел, как древний купец прячет здесь золото.

Почему-то такой ответ вполне удовлетворил Шакенова. Тихон уже давно заметил, что в здешних краях ничему фантастическому не удивляются.

– Ты один туда заглядывал?

– Да, – честно признался Тихон и сразу засомневался, не было ли это ошибкой?

– Кто еще знает про это место?

– Федорчук! Старший сержант милиции Федорчук, – пояснил Тихон, надеясь, что упоминание милиционера расстроит еще неясные, но опасные планы председателя и его водителя. – Завтра он за мной приедет.

– А-а, – Ахан сделал пренебрежительное движение ладонью. – Милиция не верит в твои бредни. А кто еще?

– Больше никто, – тут Тихон схитрил. Он успел о многом рассказать Карасько. – Хватит меня допрашивать! Вы что себе позволяете? Немедленно развяжите! – пошел в наступление Заколов.

Шакенов сделал знак Ильясу. Водитель тут же с ехидной ухмылкой несколько раз серьезно пнул Тихона в бок.

– Кто еще знает это место? – еще раз спросил Шакенов, когда Ильяс сделал паузу.

– Не успел я никому рассказать, – заныл Заколов, изображая страх.

Шакенов распрямился и осмотрелся. Похоже, он потерял интерес к Тихону.

– Вали его на верблюда. Пора. Скоро рассвет, – кивнул Ахан Ильясу.

– Завтра милиция меня хватится! – предупредил Тихон.

– У нас здесь места заколдованные. Многие бесследно пропадают, – равнодушно объяснил Шакенов. – Утром мы обнаружим, что ты сломал дверь и убежал, потому что испугался ареста. Пусть поищут.

Ильяс потянул приунывшего Тихона к верблюду.

– Постойте! Я сам пойду, – встрепенулся Заколов, тоскливо представив, что опять придется висеть вниз головой.

Ильяс вопросительно посмотрел на Шакенова.

– Пусть идет, – согласился председатель колхоза. – Недолго осталось.

– Ступай, – пихнул Тихона в спину Ильяс. Шакенов сел на верблюда и величаво следовал впереди.

Тихон Заколов шел следом, гнусное дыхание Ильяса он ощущал затылком.

Скоро из темноты предстали белые силуэты знакомых бараков. В окнах не горело ни одной лампочки. Лагерь, погруженный в темноту, представлял мрачную картину. Отсутствовал даже привычный запах дыма от тлеющей печки. После отъезда студентов степной воздух быстро все выветрил.

«Зачем они привели меня в лагерь?» – задумался Тихон.

Но Шакенов на верблюде проследовал мимо барака и направился в ту сторону, где раньше стояла юрта колдуна.

«Так вот куда они меня ведут!» – внутри у Тихона тотчас все похолодело. Он с ужасом догадался, каких «соседей» ему обещали.

Со стороны барака неожиданно что-то звякнуло. Шакенов напрягся.

– Посмотри, что это? – приказал он Ильясу. – Все должны были съехать.

Он добавил еще несколько слов по-казахски. Ильяс отцепил от верблюда веревку, ловко скрутил петлю и накинул ее на шею Заколова. Рука Ильяса дернулась, петля больно впилась в кожу. Ильяс улыбнулся и отдал конец веревки Шакенову. По песку зашуршали подошвы мягких сапог бегущего к бараку водителя.

В засаде

– Ну как, что-нибудь чувствуешь? – тихо спросил Карасько.

Они находились в закрытой комнатушке без света уже несколько часов. Когда все рассаживались по автобусам, Карасько и братья-близнецы Перегудовы тайно остались в лагере.