– О, Дарк, сколь ты коварен… – прошептал человек, стараясь придти в себя. Смысл разговора был предельно ясен. Дарк сумел за эти годы посеять раздор среди Диктаторов, и пожинал плоды древнейшего способа побеждать – «Разделяй, и властвуй». Дракон был умён, как десять Хуанов разом. И это Хуану совсем не нравилось.

Пилот пару часов курил, подставляя разгорячённую голову ледяному ветру, после чего забрался в машину, и погнал её к пещерам. При мысли о ящерицах, на губах у Хуана проступила мрачная улыбка.

– Господин едет, о зорги. И господин в о-очень плохом настроении…

ГЛАВА 2

Обломки флаера Родригеса он обнаружил с воздуха, и сразу приземлился. Хуан некоторое время не выходил из машины, внимательно оглядывая окрестности. Но ничего не увидел, и вышел. Держа бластер наизготовку, Хуан подбежал к давно остывшим остаткам старого «Мастронни 76», который так любил мыть его друг. Убедившись, что на горизонте чисто, пилот засунул бластер в кобуру, и нагнулся над обломками.

Родригес был в машине. Вернее, то, что было в машине, могло быть Родригесом. Обугленные кости, переломанные в сотне мест, и прибитые к спинке сидения сорвавшимся рулевым рычагом.

Хуана едва не стошнило, он отошёл, и, бледный, опустился на траву. Выл ветер.

«О боже, как мог он погибнуть так глупо?.. Сколько раз я говорил ему продать свой металлолом… Какой был парень…»

Минут через пять, Хуан встал. Он должен отдать Родригесу последний долг. Вытащив из багажника перчатки, Хуан собрал останки своего друга, и придал их земле, соорудив с помощью бластера кособокий крест из бамперов флаера. Затем он сел в свою роскошную машину, и закурил. Табачный дым заполнил флаер, придав и без того мрачному пейзажу вид преисподней.

Так он курил полчаса, после чего вызвал базу. Гравитационный передатчик стоил как половина флаера, и на всём Мортаре их имели только Хуан и ещё три богатых плантатора. Подумав об этом, он чертыхнулся. Имей Родригес передатчик, он мог бы вызвать на помощь, и мог бы выжить!

– Шеф…

– Да, Хуан?

– Родригес мёртв. Молчание.

– Как?

– Его старая жестянка взорвалась в воздухе. То, что осталось, я похоронил.

– Святая Мария…

– О да, Идальго.

– Тебе нужна помощь? Выслать грузовик?

– Спасибо, шеф, не нужно. Я уже справился. Пауза.

– Хуан… Я понимаю, что сейчас не время… Ведь он был твоим другом?

– Да. Лучшим.

– Святая Мария, мне так жаль… Но всё же, Хуан, посмотри, не остались ли самородки в обломках?

Хуан замер, и уставился на передатчик. Пауза длилась так долго, что Идальго быстро добавил:

– Впрочем, забудь об этом. Возвращайся, и отдохни. Я выпишу тебе увольнительную на неделю.

– Спасибо, шеф, не нужно. Сейчас я проверю самородки, только докурю. – он выключил передатчик, и в машине повисло тягостное молчание.

– Видишь, друг, чего мы стоим? – внезапно сказал Хуан неизвестно кому.

Самородков не было. Видимо, Родригес погиб на пути к горам. Хуан постоял над обугленной железкой, и только тут сообразил, что в машине не было ВООБЩЕ ничего. В том числе, и бластера Родригеса.

Глаза пилота превратились в щёлки. Так вот оно что… Род перебежал кому-то дорогу… Ну, Дарк, если это ты!..

Хуан вернулся в свой флаер, и задумался. Кто мог хотеть смерти Родригеса? «Никто» – признался он себе.