Я был рад покинуть комнату, где умер Меллорз. Я подозревал, что Баскас умышленно выбрал его номер для допросов, чтобы психологически воздействовать на всех нас. Что касается меня, этот маневр ему вполне удался.

Он провел меня в конец коридора и остановился перед последней дверью. Напротив нее были люк внутреннего лифта и дверь, ведущая в кладовую. Указав на нее, Баскас спросил:

– Что здесь, мистер Мэйн?

– Бельевая.

– Вам не трудно открыть ее?

Я вынул ключи и отпер дверь. Это была самая обыкновенная гостиничная кладовая с полками, на которых возвышались аккуратные стопки чистого постельного белья. Здесь же находились швабры, пара ведер и прочие хозяйственные мелочи.

– Благодарю вас, — любезно промолвил Баскас. — Можете закрыть. А это что?

Он указал на люк. Я открыл его и показал инспектору служебный подъемник, который использовался официантами для доставки из кухни заказываемых в номера завтраков, обедов и ужинов. Он представлял собой простую деревянную платформу на канатах, соединяющую верхние этажи с кухней внизу.

Разумеется, подъемник заинтересовал Баскаса, ибо теоретически он мог послужить удобным способом, чтобы проникнуть на верхние этажи отеля, не привлекая внимания портье в холле.

– Ответьте мне, — обратился ко мне инспектор, — почему ключи все еще у вас?

– Что вы хотите сказать, инспектор? Я управляющий этим отелем.

– Насколько мне известно, мистер Меллорз уволил вас вчера. Разве это не так?

В голосе Баскаса снова зазвучали угрожающие нотки.

– Конечно, не так! — возмутился я. — У нас с ним был неприятный разговор, это верно… Он высказал недовольство той позицией, которую я занял по одному вопросу, но он меня не увольнял. Во всяком случае, официального уведомления я не получал.

– Какое-то время вас не было в отеле, поэтому мистер Меллорз не мог лично вас уведомить, что вы уволены. После вашей ссоры с мистером Меллорзом вы отсутствовали дня три и появились лишь в шесть тридцать в день убийства. Я подозреваю, что все это время вы пили и переживали размолвку с хозяином. Допускаю, что в этот роковой день вы побывали в Бухте Морских Звезд, даже сидели там, попивая виски, любуясь морем и обдумывая свои планы. Вы вернулись в отель в четыре часа дня, когда происходит смена персонала и в кухне какое-то время никого не бывает. Возможно, вы использовали служебный подъемник, переждали в кладовой, и когда Меллорз наконец остался один, проникли в его номер и убили его. Затем тем же путем покинули отель.

– Советую вам вспомнить то, что говорила вам миссис Меллорз относительно оскорбления клеветой. Баскас лишь улыбнулся.

– Чтобы предъявить обвинение в клевете, нужны свидетели. Я могу высказывать любые предположения с глазу на глаз, считая это полезной тренировкой воображения, не более. А теперь скажите, почему вы держите дверь подъемника запертой?

– Подъемником обычно пользуются лишь утром. Затем его закрывают на ключ.

– У кого ключи?

– У меня, старшей горничной, старшего официанта. Эти двое сдают его в конце смены.

– Когда они работают?

– Старшая горничная — с семи утра до трех пополудни. Старший официант работает в разные часы. Он приходит в семь утра, к завтраку, а затем — к семи вечера, к обеду и ужину.

Улыбка Баскаса стала еще шире.

– Ну-ну, мистер Мэйн. Выходит, только вы можете пользоваться подъемником в любое время?

– Я утверждаю, что невозможно использовать подъемник для того, чтобы проникнуть в номера.

Баскас внимательно осмотрел дверь.

– Она также запирается изнутри, — констатировал он.

Наклонившись, инспектор заглянул в шахту подъемника, проверил прочность канатов и нажал кнопку.