Ее пальцы с силой сжали трубку. Веселым, звонким и твердым голосом Лесия сказала:

– Спасибо за звонок, Кин. До свидания.

– До свидания.

О Боже, думала она, аккуратно опуская трубку на рычаг. Лесия Спринг, вы, кажется, ревнуете! Ревность вас просто душит, вы злитесь, страдаете и безумно, мучительно завидуете той женщине, которая сейчас вместе с ним. Однако все это довольно смешно. С какой стати ее так потрясла и разгневала мысль о том, что у Кина есть женщина?

Когда настало время обедать, она уже настолько приободрилась, что съела салат и выпила чашку крепкого кофе, который окончательно оживил ее, и даже смогла принять приглашение друзей, которые устраивали пикник с барбекю – мясом, жаренным на вертеле.

Но даже этот вечер, который она провела в тени раскидистой магнолии, в приятной беседе, почти не изменил подавленного состояния ее духа. И неделю спустя, когда ожог перестал наконец зудеть, ей пришлось признать, что винить во всем лекарство больше не имеет смысла.

Ее тоска по Кину была столь острой, что лишала всех радостей жизни. И это было еще глупее, чем ревность. Ведь Кин никогда не был ее собственностью, чтобы так болезненно ощущать его отсутствие.

Это все женское одиночество, сказала она своему отражению в зеркале. Ты созрела, чтобы иметь любовника. А Кин просто подвернулся под руку, случайно.

Лесия решительно свернула волосы в тугой узел на затылке. Сегодня был свободный от заказчиков день, и она собиралась заглянуть в два новых магазина кухонной утвари, прочесать частым гребешком большой торговый центр сантехники, пообедать с Андреа, потом проверить партию только что прибывшей из Италии керамической плитки и, наконец, заехать к женщине, которая делала для нее рабочие чертежи.

Хороший день. Раньше такие дни всегда доставляли Лесин удовольствие.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Но все получилось не так, как рассчитывала Лесия. Сначала у самого входа в торговый центр в Ньюмаркете она наткнулась на Дженни Карпентер, свеженькую и аппетитную, как кинозвезда пятидесятых годов.

– Привет! – улыбаясь, воскликнула молодая женщина. – Я получила ваше милое письмо, где вы благодарите нас за морскую прогулку. Вы не зайдете со мной выпить чашечку кофе?

Усевшись на стул в кафе, Дженни огляделась с довольной улыбкой.

– Мне очень нравится это место. Здесь есть шик. – Она заказала себе фруктовый сок и, выбрав скромную булочку, с завистью взглянула на Лесию. – Хотела бы я быть дюймов на шесть выше, – сказала она, похлопав себя по бедру. – Тогда бы я чувствовала себя свободнее, а не считала бы каждую съеденную калорию.

Уголки ее губ раздвинулись в улыбке, скорее самодовольной, чем просто удовлетворенной.

Не дождавшись продолжения, Лесия заговорила о доме, который Дженни намеревалась воздвигнуть на острове. Дженни прекрасно знала, что ей надо, хотя и была готова обдумать предложения архитектора.

– Кухня – вот что для меня особенно важно, – говорила она. – Я намерена иметь несколько детей. От первой жены у Брайена детей не было, и он с восторгом ухватился за эту идею… – И снова этот быстрый промельк довольной улыбки. – Значит, надо быть практичной. Я хочу иметь возможность за полчаса приготовить изысканное блюдо. Тогда мне не придется полагаться во всем на нашу безотказную кулинарию.

Итак, Кин был прав. Насколько же хорошо он успел узнать Дженни! Прогнав неприятную мысль, Лесия углубилась в обсуждение, и к тому времени, как они покончили с кофе и пришли к ряду решений по поводу будущего дома, ее уважение к молодой женщине успело заметно возрасти.