– Судя по всему, Родди получил их к своему восемнадцатилетию, – сообщил Гарри. – Я внимательно осмотрел их и уверен, что в звеньях браслета сохранились следы крови. Нет, я не знаю, какая группа крови у Родди была, но у его доктора есть запись… Нет, я знаю, что эксперты по страхованию не признают это доказательством смерти, но, если на часах действительно кровь Родерика, этот факт требует объяснения.

– Лучше пришли эти часы ко мне, – сказал Джерри.

– Нет, Джерри, я лучше помещу их в банк.

Джерри скривился, как от зубной боли.

– Ты знаешь, откуда появились эти часы, Гарри?

– Еще нет. Их сняли с руки мертвого солдата около деревни Малонг на берегу реки. Да, я отправляюсь туда с переводчиком завтра на лодке… Постараюсь на месте узнать все, что возможно, и сразу же сообщу.

Понимая, что Гарри занял в этом вопросе твердую, незыблемую позицию, Джерри Пирс переключился на другое. Он спросил, как прошло обсуждение концессии.

– Раки не намерен обсуждать концессию, пока поиск не закончен, он говорит, это расстраивает их туристический бизнес. Между прочим, похоже на то, что у нас есть конкуренты, которых мы не ожидали… Да, это «Бегет».

– Мы рискуем упустить концессию, а ты занимаешься этими бессмысленными поисками! – Джерри орал через тысячи миль. – Дерьмо, худшей новости ты не мог мне сообщить! Тебе следует сосредоточиться на этом соглашении вместо того, чтобы ездить на лодочные прогулки. Гарри, я приказываю тебе прекратить этот поиск. Мы сделали все, что могли, на этом кончено.

– Но, Джерри…

Пирс резко оборвал его:

– Наши акции только-только стали идти вверх, Уолл-стрит привык к новому совету директоров, а ты хочешь все испортить, Гарри! Забудь эти поиски. Это приказ, Гарри. – Джерри бросил телефонную трубку.

Но Гарри не собирался так легко сдаваться. На следующее утро старый джип высадил Гарри и его переводчика около устья реки Малонг. Это был десятый день поисков Гарри на береговой линии.

Гарри накачал резиновую лодку ножным насосом. Переводчик погрузил три канистры горючего, пятигаллоновую канистру с питьевой водой, запас продуктов. Лодка направилась прочь от песчаного пляжа и начала свое путешествие вверх по широкой мутной реке. Вскоре узкая полоска прибрежного леса исчезла, искривленные ветви мангровых деревьев остались позади них, и река начала сужаться.

Пока лодка медленно продвигалась против течения, Гарри осматривался по сторонам. Буйная растительность, экзотические цветы, обилие желтых орхидей. Казалось, тропический лес не таил никакой угрозы. Гарри опустил руку в воду.

Маленький тощий переводчик предостерегающе покачал головой:

– Не надо руку в воду, там крокодилы.

И действительно, через две минуты Гарри заметил уродливые морды крокодилов.

В семь часов он выключил подвесной мотор. Река постепенно сужалась, извивалась, прокладывая свой путь через лес. Почти незаметно растительность наступала со всех сторон, река изгибалась на излучинах, змеилась, как будто ловя свой хвост, потом неожиданно делала рывок в противоположном направлении.

Река была против него, как и все на этом острове. Пока он следовал за ее крутыми изгибами, Гарри придумывал возможные объяснения исчезновения группы, но ничего вразумительного в голову ему не приходило. Складывалось впечатление, что люди были стерты с лица земли.

Вскоре лодка вошла в узкий проток, где деревья нависали так низко, что почти сходились над головой. Течение, казалось, усиливалось по мере того, как берега становились выше, и водоросли цеплялись за днище лодки. Один раз Гарри наклонился недостаточно быстро, и свисающая ветка оставила глубокую царапину на его щеке. «Могло быть хуже, это мог быть мой глаз», – подумал Гарри, наклоняясь над кормой и толкая лодку веслом против течения.