– Староста говорит, что пять женщин и один мужчина были на освященном участке земли весь сезон дождей, но потом мужчина умер, – доложил переводчик. – Иногда они ловили рыбу и плавали в лагуне. Вот и все, что им известно. Жители деревни не ходят в места, объявленные итамбу.

Президент повысил голос:

– Неужели я прибыл сюда, чтобы выслушать эту чепуху?

Полковник Борда поспешно наклонился к президенту и успокаивающе сказал:

– Сэр, я уверен, что эти женщины будут найдены.

– Мне не нужно, чтобы вы находили этих женщин, полковник, я хочу, чтобы были найдены их тела.

Сильвана и Анни по очереди выплывали через подводный проход, чтобы проверить, не ушел ли часовой с пляжа. Женщины ничего не знали о шторме наверху, пока не увидели пляж на рассвете следующего утра. Линия прилива виднелась высоко, и кругом было множество следов пронесшегося урагана. Вставало шафрановое солнце, окрасившее небосклон в желтовато-зеленоватые и розовые тона.

– Похоже, была сильная гроза, – сообщила Анни другим женщинам, вернувшись в пещеру. – Я беспокоюсь за Пэтти.

– А я беспокоюсь о лодке, – сказала Сюзи.

– Давайте попробуем добраться до них сегодня вечером, – предложила Кэри. – Я больше не могу здесь находиться.

Анни кивнула:

– Если мы отправимся сегодня после трех часов, то вполне сможем добраться до лодки перед заходом солнца.

– Трех часов нам должно хватить, – согласилась Кэри. – У меня ушло два на то, чтобы добраться сюда. Мы отправимся вдоль берега, по кромке джунглей, затем повернем к мысу. Надо еще добавить время на то, чтобы вскарабкаться вверх по стене – из-за моей спины.

Спина Кэри была сильно изранена и кровоточила после ее спуска. Тем не менее было решено, что именно она должна влезть вверх и поднять веревку. Сюзи была слишком маленького роста, и ее ноги не доставали до другого края колодца. Так как Анни боялась высоты, было решено избавлять ее, по возможности, от подобных испытаний. У Сильваны еще была перевязана рука. И, как несправедливо указала Сюзи, ведь это именно Кэри обрезала чертову веревку, так что она обязана и вернуть ее на место.

Все женщины были раздражены, напряжены и не желали ничего слушать. Труп убитого солдата, от которого они не могли избавиться, действовал всем на нервы. Его оттащили в самый темный угол, предварительно сняв с мертвеца одежду.

Во влажной и теплой атмосфере труп стал быстро разлагаться. «У смерти отвратительный запах, – подумала Кэри, протискиваясь в колодец и намереваясь подняться. – Как странно так бояться мертвеца тогда, когда он уже не представляет для тебя никакой опасности!»

Она начала карабкаться по отвесным стенам.

Когда ее голова в конце концов показалась над землей, она не заметила ничего, вызывающего беспокойство, а потому выбралась наружу. Теперь, когда подъем оказался позади, она позволила себе расслабиться, и ее начало трясти. Прошло как минимум десять минут, прежде чем она смогла размотать веревку, намотанную на ее талии.

Пригибаясь при каждом шаге, она пробиралась между деревьями, сознавая, что у нее нет никакого оружия, кроме ножа.

Увидев почерневшую площадку, совсем недавно бывшую их лагерем, она остановилась и прислушалась. Сначала она никого не увидела, но потом появился часовой. Он лениво шел с вершины над водопадом, направляясь к лагерю. Судя по его расслабленной походке, он никого не ожидал тут увидеть. Кэри проследила, как он прошагал по обугленной траве и повернул в сторону висячего моста. Вскоре он вернулся тем же маршрутом, повернул у водопада и снова медленно зашагал к востоку.

Кэри наблюдала за ним десять минут, затем вернулась к лазу.