— Буду иметь в виду, — мрачно сказала красотка и проводила взглядом пояс гнома, перешедший к Петровичу. Мужик взял его себе, поскольку пояс подходил только для его широкой талии, накаченной с помощью ежедневного приёма пива.

Мешочек с монетками тоже достался разнорабочему. Он его повесил на специальный крючок, приделанный к поясу. А вот порванные доспехи мы брать не стали, да и поздно уже было хватать их. Этот мир опять решил испытать нас на прочность…

Из заросшего мхом прохода между пещерами с мерзким стрекотанием выбрался громадный серый жук, закованный в блестящий хитин. Его метровые усики-антенны активно зашевелились, а выпученные глаза-плошки сфокусировались на заверещавшей Жанке. И посмотрел он на неё, как на буженину в кляре.

— Охренеть «камаз»! — оценил я размеры насекомого. — За такую тварь, конечно, дадут море опыта, но мы её даже вдесятером не одолеем! Валим!

Тварь в этот миг подтвердила мою высокую оценку. Она шустро развернулась к нам жопой, приподняла крылья, поднатужилась и выдала мощную жёлтую струю, рассеявшуюся мелкими каплями. И там, где они падали, взвивался белёсый пар. Даже скальная порода сердито шипела и плавилась.

Повезло, что до нашей метнувшейся прочь троицы капли не долетели, но напугали они нас изрядно. Как напугал и второй громадный жук, выбравшийся из того же прохода. Кажется, они ходили парой. Парой, в которой царил мир и согласие. Жуки не стали драться из-за трупов «моржа» и гнома, а начали с радостным стрекотанием пожирать их.

Девчонка увидела это и мигом просипела:

— Мальчики, нам повезло. Они не погнались за нами. Ой! А это ещё что⁈

Её взор упал на новый сюрприз, притаившийся среди светящихся сталагмитов. Насекомое? Нет. Механизм! Восемь неподвижных металлических «лап» украшали сложные сочленения, из расположенных на крыше трубок с шипением выходил пар, а медное бочкообразное тело с разбитыми иллюминаторами изобиловало неровными дырами.

— Видать, жуки-сракаметы порезвились, — смекнул Петрович, качнув головой на механизм, похожий на глубоководный батискаф, попавший под кислотный дождь.

— Ага, — согласился я и шустрым зайцем ринулся к аппарату.

— Ты куда, идиот⁈ Это опасно! — взвизгнула Жанка и широко распахнутыми глазами посмотрела на доужинавших жуков, поползших к нам.

— Бегите! А я проверю, что внутри этой шайтан-машины. Экипаж её точно покинул, но они могли оставить что-то полезное! — на ходу прокричал я.

Петрович с девчонкой ринулись прочь, а мне кое-как удалось вскарабкаться на аппарат. Чёрт! Подушечки пальцев ободрал об трещины и заусенцы. Зато наградой мне стал люк, ведущий внутрь машины. Он деформировался, посему язычок внутреннего замка выскочил из пазла. Правда, люк оказался горячим и тяжёлым, как мои грехи. Но мне всё же удалось открыть его снаружи, хотя конструкция механизма на это явно не была рассчитана.

Под люком обнаружились металлические скобы, спускающиеся в тесное нутро аппарата. Я шустро преодолел их и оказался в настоящей парилке. Из нескольких труб свистел горячий пар, раскаливший воздух и сильно ухудшивший обзор.

К счастью, я всё-таки сумел быстро оглядеть небольшой отсек с несколькими сиденьями, рычагами и металлической приборной панелью с медными датчиками, снабжёнными стрелками.

Бинго! На одной из вогнутых стен висела карта. Моя рука поспешно сорвала её, сложила и сунула в карман. Всё, можно ретироваться! Но не тут-то было…

Увидевшие механизм жуки приняли его за конкурента и окатили жёлтой кислотой. Металл корпуса рассерженно зашипел, намекая, что меня угораздило попасть в ловушку. Если выберусь из аппарата, то меня сожгут кислотой.

Твою мать! Что же делать⁈ Надо как-то отогнать жуков!

Мой лихорадочный взор заскользил по приборной панели и стенам.