Виктория в ужасе уставилась на Рорка.

 – Рорк, пожалуйста, не верь ей.

 – Так ты утверждаешь, что она лжет?

 – Да. Конечно.

 Его глаза скользили по ее лицу.

 – Тогда расскажи мне, зачем ты меня разыскивала.

 – Хорошо. - Она облизнула губы. - Хорошо, я расскажу.

 Слова рвались из груди, но она была не в силах произнести их. Да и что могла она сказать ему? Что он не отец Сюзанны?.. Эта новость убьет его. А каково будет Сюзанне?.. Рорк для нее был настоящим отцом, единственным родным человеком, которого малышка знала, а лишить девочку теперь и отцовской любви было слишком жестоко.

 – Я жду, - сказал Рорк.

 Виктория взглянула на него. Слезы текли по ее щекам.

 – Я… я не могу, - прошептала она. - Мне нечего тебе ответить.

 На мгновение ей показалось, что он сейчас просто убьет ее. Его руки скользнули к ее горлу. Она почувствовала хватку его пальцев там, где трепетал пульс, но внезапно он опустил руки.

 – Уходи из моего дома, - хрипло пробормотал он и оттолкнул ее.

 – Рорк…

 – Уходи! Ты слышишь?

 Александра подошла к нему.

 – Все хорошо, дорогой, - мягко сказала она. - Все хорошо. Успокойся.

 Она коснулась его щеки, напряженного плеча, а он опустил руку ей на талию.

 Это было последнее, что видела Виктория, покидая комнату. И картина эта, она знала, запечатлеется в ее памяти навсегда: ледяной взгляд Рорка и Александра Кемпбелл с победной улыбкой на лице.

 ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

 Разве она не знала, что жизнь полна жестокости и несправедливости? Порой она преподносит такие сюрпризы, что опускаются руки и, кажется, это не переживешь. Но Виктория знала, что сможет выдержать, должна.

 Эти мысли крутились в голове Виктории, пока вертолет уносил ее прочь с острова Пантеры, и потом, на борту самолета, во время полета в Чикаго.

 Но хватит ли у нее сил? Ее жизнь разбита. Разве можно собрать осколки и склеить их? Она потеряла все: Рорка, Сюзанну, уважение к себе. Как пережить все это?..

 Она вспомнила Рорка: его холодный взгляд, плотно сжатые губы. К горлу подступили рыдания. Она скрыла от него правду о себе, потому что боялась потерять его любовь, и вот теперь, несмотря на все ее усилия, все равно потеряла. Она никогда не сможет забыть то, как он смотрел на нее: сначала с болью, а потом с ненавистью в горящих глазах.

 Рорк. Она вздохнула. Ох, Рорк, как я люблю тебя. Если бы только можно было изменить прошлое.

 – Мисс? С вами все в порядке? Виктория подняла глаза. Стюардесса стояла в узком проходе, склонившись к ней с искренним участием.

 – Да, - ответила она. - Все хорошо.

 – Вы уверены? Если чувствуете слабость или что-то…

 – Нет-нет. Со мной все в порядке.

 Девушка заколебалась.

 – Ну, если вам что-то понадобится…

 – Я дам вам знать. Благодарю вас.

 Виктория мельком взглянула на соседку, а стюардесса пошла дальше. Женщина настороженно наблюдала за ней, и Виктория постаралась успокаивающе улыбнуться ей. Но это, кажется, не сработало - та быстро открыла журнал и уткнулась в него носом.

 Откинувшись в кресле, Виктория крепко сцепила руки на коленях. Все в порядке, говорила она себе, держись, все нормально. У тебя впереди еще долгий путь, потом долгая поездка на автобусе в Бродвелл, и, если ты не хочешь развалиться на куски, думай о чем-нибудь другом.