Кейт обвела взглядом статуи, а потом вздохнула.

– Никому из них. Даже моему двоюродному прапрапрадедушке, – прибавила она, указав на маленького мальчика, сидевшего по-портновски на комоде. – А он насмерть подавился куриной косточкой.

– Ну, если у него получилось, то и у тебя непременно получится. – Элли взяла один из цветочных горшков. – Итак, Сосуду нужно очистить разум и сделаться тем растением, которое он пытается вырастить.

– Откуда ты это знаешь?

– Это… – Элли помусолила ткань своей повязки. – Это старая легенда у нас на острове Ингарфа.

Кейт прикоснулась к статуе, так походившей на неё.

– Моя мама однажды говорила что-то подобное. Но это просто смешно. Как я должна притвориться растением?

– Но ты здорово притворяешься! Ты притворяешься Королевой.

Кейт резко повернула голову.

– Я и есть Королева! – отрубила она.

– Я знаю, – скривилась Элли. – Но я хотела сказать, что всё равно тебе приходится держаться как Королева перед людьми… то, как ты стоишь, тон твоего голоса… Прямо внушает трепет.

Кейт немного выпрямилась, щёки её окрасились лёгким румянцем.

– Спасибо.

– Слушай, просто попробуй, ладно? Я правда думаю, что у тебя получится.

Долгий миг Кейт не сводила глаз с Элли, затем она вздохнула.

– Ладно, я тебе подыграю. Но только чтобы помешать тебе калечить маленьких зверушек.

Элли азартно подскочила и поставила один из горшков под ноги Кейт.

– Попробуй. А если сегодня ничего не выйдет, времени ещё уйма, – Элли старательно улыбнулась.

Кейт сделала несколько глубоких вдохов, затем вперилась взглядом в горшок.

Элли во все глаза смотрела на землю. Кейт нахмурилась. У неё зачесался и вздрогнул нос. Дыхание сделалось тяжёлым. Глаза закрылись.

Руки у Кейт задрожали. Венка билась на лбу. Глаза широко распахнулись.

– Это просто смешно! – взревела она. – Как это я должна вообразить себя семечком?

Она пнула горшок. Пролетев по комнате, он попал в лицо статуи высокого усатого мужчины, разметав кругом землю.

– Прости, дедушка, – пробормотала Кейт, а затем крутанулась на месте. – Нет, я не могу, Элли.

– Представь себе, будто ты сжата внутри тесного шара, и в тебе… все эти возможности. Ты крошечная песчинка, которая может сделаться чем-то величественным. А ты что воображала?

У Кейт дрогнули губы:

– Как я стою перед всеми моими подданными, пытаясь прорастить одно-единственное дурацкое зёрнышко.

– Ну, это не годится, – проговорила Элли, ища, за что ухватиться мыслью. На глаза ей попалась закреплённая на стоящем неподалёку мольберте карта, и она нахмурилась. Очертания казались знакомыми, но в первое мгновение она не поняла почему. А карта изображала место, которое было Элли прекрасно знакомо.

– Это Город Врага, – подсказала Кейт, проследив за направлением её взгляда.

Холодок пробежал по спине Элли и так и засел в основании шеи. Карта была дурно нарисована, как будто на основе смутных воспоминаний, и всё же она сумела отыскать знакомые ориентиры: набережную Спасения, откуда она отплывала на рыбалку с Финном; Низины, где сироты бродили по колено в грязи, охотясь за ценностями и древностями. Северную оконечность, где она инсценировала собственную смерть возле часовни Св. Варфоломея.

Слова расползались по карте. У Малой Верфи было накорябано: «Уязвимо?»

Элли задрожала.

– Ты же не… не думаешь напасть на него, правда?

– Я не глупа, – ответила Кейт.