– С тобой весело работать, Алекс, – сказал Смитерс. – Знаешь почему? Потому что приходится думать, как приспособить вещи, которые можно найти в кармане у любого мальчишки твоего возраста. А вот этой штукой я доволен особенно.

– Жвачкой?

– Из неё можно надуть совершенно особенные пузыри. Пожуёшь её тридцать секунд, и вещества, содержащиеся в твоей слюне, вступят в реакцию с химикатами в жвачке. Она начнёт расширяться. А расширяясь, она может сломать буквально что угодно. Сунь её, например, в дуло пистолета, и оно лопнет. Или в замок на двери.

Алекс перевернул пачку. Жёлтыми буквами на боку было написано «ПУЗЫРИ 0–7».

– А какая она на вкус? – спросил он.

– Клубничная. Так, второе устройство ещё опаснее, и я уверен, что оно тебе не понадобится.

Смитерс встряхнул свёрток, и из него выпал брелок для ключей с ярко-зелёной пластиковой фигуркой. Алекс наклонился и перевернул её. На него смотрел трёхсантиметровый тираннозавр. Смитерс просиял.

– Думаю, ты согласишься, что эта штука просто потрясающая, – сказал он.

– Ну… если вы любите пластиковых динозавров.

– Нет-нет, Алекс. Ты не понимаешь. На самом деле это оглушающая граната! Всё, что тебе нужно сделать – повернуть его голову два раза по часовой стрелке, потом один раз против часовой. Так ты зарядишь устройство.

– А потом?

– А потом бросай его и беги. Через десять секунд грохнет так, что мало не покажется. Она не слишком мощная, убить ей не получится – но в тесном замкнутом пространстве она на пару минут выведет противника из строя, и это может дать тебе шанс сбежать.

Алекс положил игрушечного динозавра и жвачку в карман вместе с мобильным телефоном. Вставая с кресла, он уже чувствовал себя увереннее. Возможно, это действительно простая разведывательная операция, оплачиваемый отпуск, как выразился Блант, но ему всё равно не хотелось ехать туда с пустыми руками.

– Удачи, Алекс, – сказал Смитерс. – Надеюсь, ты хорошо сработаешься с ЦРУ. Они на самом деле не слишком-то нас любят. И неизвестно, как они к тебе отнесутся.

– Увидимся, мистер Смитерс.

– Если ты собираешься вниз, у меня есть личный лифт.

Шесть ящиков шкафа-картотеки разъехались в стороны, и за ними обнаружилась ярко освещённая кабинка.

Алекс покачал головой.

– Спасибо, мистер Смитерс, – сказал он. – Спущусь по лестнице.

– Как скажешь, дружище. Береги себя. И, что бы ни случилось, ни в коем случае не глотай жвачку!

Спецагенты, значит

Алекс стоял у окна, пытаясь осмыслить мир, в котором оказался. Семь часов в самолёте сильно утомили его, несмотря даже на то, что летел он первым классом. Он чувствовал отрешённость, словно его тело добралось до места назначения, а вот мозг потерялся где-то по пути.

Он смотрел на Атлантический океан, лежавший по ту сторону полоски ослепительно-белого песка, которая уходила вдаль; шезлонги и зонтики стояли на ней на равных расстояниях, словно деления линейки. Город Майами находится в самой южной оконечности Соединённых Штатов Америки, и, похоже, чуть ли не половина тех, кто приехал сюда, просто хотели покрасоваться на пляже. Он видел сотни людей, лежавших на спине в крохотных бикини и узких плавках, с бицепсами и бёдрами, которым придали идеальную форму в спортивном зале, а потом вытащили жариться на солнце. Солнцепоклонники? Нет. Все они приехали сюда, потому что поклонялись самим себе.

Вечер ещё не наступил, так что на улице по-прежнему стояла жара. А вот в Англии, в восьми тысячах километров отсюда, уже наступила ночь – и Алекс изо всех сил боролся со сном.