Юджиния прошла под транспарантом, приглашающим всех желающих принять участие в фестивале Дэвентри, и направилась к своей «тойоте». Открыв дверцу, она уселась за руль, аккуратно положила скульптуру Джейкоба Хаустона на пассажирское сиденье рядом с собой и хотела уже тронуться с места, когда заметила в одной из машин с парома светловолосую женщину.

Итак, Ронда Прайс вернулась на остров, хотя по идее должна еще находиться в больнице.

Выждав, пока Ронда свернет на Айленд-Уэй-драйв, Юджиния поехала следом на безопасном, как ей показалось, расстоянии. Собственно, не было необходимости прижиматься к машине незадачливой художницы, поскольку та явно направлялась к своему коттеджу.

Лучшей возможности для того, чтобы задать ей вопросы о картинах, входящих в серию Нелли, не будет, подумала Юджиния.

Двадцать минут спустя «тойота» затряслась на ухабах дорожки, заканчивающейся почти у самого дома Ронды. Малолитражка стояла рядом с коттеджем, багажник открыт.

Юджиния вышла из машины, подошла к крыльцу и заглянула в распахнутую настежь дверь. Она ничего не увидела, зато услышала доносящийся из спальни стук выдвигаемых и задвигаемых ящиков. Ронда Прайс собирала вещи, готовясь к отъезду.

Юджиния постучала, но, не получив ответа, шагнула через порог и двинулась прямо в спальню, где Ронда запихивала одежду в два потертых, невзрачных чемодана.

— Уезжаете? — вежливо осведомилась Юджиния. — Так скоро?

Приглушенно вскрикнув, Ронда повернулась, в ее глазах застыл неподдельный ужас. Однако как только она узнала Юджинию, его сменила злость.

— Ах, это вы.

— Да, я. — Юджиния прислонилась к дверному косяку и скрестила руки на груди. — Женщина, которая прыгнула в воду и спасла вас.

— Если вы ждете от меня благодарности, то напрасно. — Ронда снова повернулась к туалетному столику и с грохотом выдвинула очередной ящик. — У меня на это нет времени, я должна успеть на следующий паром.

— Почему?

— Потому что меня пытались убить, вот почему. — Ронда выгребла из ящика несколько свитеров. — И я не собираюсь дожидаться, пока тот, кто это сделал, предпримет следующую попытку.

— Значит, вас кто-то столкнул в воду?

— Столкнул — мягко сказано. — Ронда потрогала повязку на голове. — Мне плевать, что думают, я не сама упала в воду и головой о перила вовсе не ударялась. Сначала меня кто-то ударил, а уж потом я упала в воду.

— Вы кого-нибудь видели на пирсе?

— Только вас.

— Клянусь, я не била вас по голове.

Ронда бросила на Юджинию взгляд, в котором сквозило отвращение.

— Само собой. Если бы вы хотели, чтобы я утонула, вряд ли вы стали бы прыгать за мной в воду. Но повторяю, я уверена, что это был отнюдь не несчастный случай.

Юджиния вспомнила шаги, которые она слышала в темноте.

— Вы вообще ничего не помните?

— Ничего. Доктор в Беллингемской больнице говорил насчет того, что после травмы головы люди часто теряют память и забывают именно о тех событиях, которые произошли за несколько минут до несчастья.

— Кому могло понадобиться вас убивать?

— Не знаю. — Ронда принялась срывать с вешалок рубашки. — А поскольку я не могу доказать, что на меня было совершено покушение, то мне лучше на какое-то время исчезнуть.

— Как исчезла Нелли Грант?

Ронда обернулась, сжимая в руках очередную рубашку. Глаза ее широко раскрылись от изумления.

— Нелли Грант не исчезла. Она мертва.

— Да, так говорят.