А ему нужно решать другие проблемы. Вдруг он не сумеет убедить Юджинию, что они должны быть вместе?

Сайрус бросил спортивную сумку на заднее сиденье «тойоты», припаркованной на экспресс-стоянке аэропорта, и взглянул на Юджинию.

— Хочешь, я поведу? — спросил он.

— Нет уж, спасибо. Ты пережил стресс. Не каждый день взрослый человек находит отца, которого ни разу в жизни не видел. Мой долг — отвезти тебя домой и угостить пивом.

Юджиния села за руль, а он занял пассажирское сиденье и пристегнул ремень безопасности. Сайрус не привык, чтобы за ним ухаживали, но вынужден был признаться, что за последние два дня очень устал.

— Пока тебя не было, у меня состоялся долгий и непростой разговор с Табитой, — сказала Юджиния, выруливая со стоянки. — Она согласилась отозвать претензию Либрукского музея на обладание кубком Аида, и ты можешь вернуть кубок законному владельцу.

— Значит, ты ее все-таки уговорила?

Сайрус подавил зевок и передвинулся на сиденье, безуспешно пытаясь выпрямить ноги.

— Да. — Юджиния бросила на него быстрый взгляд. — Похоже, ты не удивлен, не восхищен и даже не особенно мне благодарен.

— Я не очень-то и беспокоился, — пожал плечами Сайрус. — Я знал, что в итоге ты поступишь так, как должна поступить.

— Что? — изумленно воскликнула Юджиния. — Значит, я сделала это потому, что считаю, будто у твоего клиента больше прав на кубок, чем у Либрукского музея?

— Ну да, — ответил Колфакс, откинул голову на спинку и закрыл глаза.

— Полнейшая чушь. Я сделала это потому, что люблю тебя, слышишь, Колфакс? Только ради тебя я плюнула на кубок Аида. Никто из других мужчин на свете не заставил бы меня отказаться от него. И мне кажется, ты мог хотя бы показать, что благодарен мне за это.

На долю секунды он решил, что ему снится чудесный сон, но, открыв глаза, увидел габаритные огни идущей впереди машины и сразу понял, что это явь, Сайрус взглянул на Юджинию, которая мрачно смотрела вперед, крепко вцепившись в руль.

— Ты считаешь, наши отношения вышли за рамки сексуального влечения? — спросил он.

— Предположим, — Тогда у меня просто камень с души упал, — признался Колфакс. — То есть я тоже люблю тебя.

Следующие несколько миль они проехали в молчании, и Юджиния заговорила, только когда они оказались у поворота с эстакады на Вестерн-авеню.

— Ну и что дальше? — осведомилась она.

— Дальше мы будем строить планы, — улыбнулся Сайрус.

— Планы? — переспросила Юджиния, включая указатель поворота. — Какие планы?

— Очень простые, не волнуйся. Я переведу штаб-квартиру «Колфакс секьюрити» в наш новый офис в Сиэтле, а жить перееду к тебе.

От неожиданности Юджиния открыла рот, однако не издала ни звука.

— Только и всего? — опомнившись спросила она.

— Я — парень простой и не люблю все усложнять.

— Ладно, будь по-твоему, — усмехнулась Юджиния.

Через две недели состоялся ежегодный торжественный прием, устраиваемый Либрукским фондом.

Все было великолепно, но Юджиния, переходя от одного гостя к другому, с печалью думала о том, как ей не хватает Сайруса. Зал, оформленный в стиле арт-деко, прекрасно гармонировал с великолепными экспонатами из стекла.