Со следующим ударом Ник промазал.

- А, проклятье. Твоя очередь.

- Удача далеко не заведет, - сказал Хадсон, подходя к противоположной стороне стола и наклоняясь. - Навык всегда выигрывает, - он нанес удар и забил два шара.

Ник включил стереосистему, и заиграла песня Volbeat 'Pool of Booze, Booze, Booza' (17) ,. Сильные гитарные аккорды и низкий баритон солиста с датским акцентом заполнили комнату. Ник самодовольно усмехнулся. Его брат всегда умел найти повод для веселья и поднять настроение.

Хадсон покачал головой, улыбаясь.

- Милый выбор, - забив еще один шар, он вместе с ним забил и все дерьмо, беспокоившее его. Но он все еще напоминал бомбу, готовую взорваться.

(14) Аттракцион в Диснейленде

(15) Ник просит Хадсона не подыгрывать, но оригинальное выражение буквально переводится как 'не делайся мягким'. Хадсон же отвечает явным намеком на эрекцию :)

(16) Хью Хэфнер - основатель и главный редактор журнала Плэйбой

(17)Игра слов - название песни переводится как 'Бассейн бухла, бухла, бухла', но Pool - не только бассейн, но и пул - разновидность игры в бильярд.

Глава 19

Скользнув по панели лифта ключом, который ей дал Хадсон, Алли нажала кнопку пентхауса. Машина тут же плавно заскользила на верхний этаж Палмолив Билдинг. Она глубоко вздохнула, разглядывая резьбу по дереву, которой была украшена кабина лифта. Цифры на дисплее увеличивались, а с ними росло и ее нервозное возбуждение.

Она крепче стиснула пакет, в котором лежали продукты для выпечки, которые она купила накануне. И ее одежда. И ее трусики. О чем, черт подери, она думала? Алли беспокойно переминалась с ноги на ногу. От движения ее обнаженные груди терлись о ткань пальто, служа вовсе не деликатным напоминанием. Это все Хадсон и его фантазия, которую он описывал вчера. Это заставило ее прийти в его пентхаус, надев на себя лишь каблуки, пальто и улыбку. Ну, хотя бы пальто и каблуки. Улыбка начинала сползать.

Идея пришла ей в голову еще тогда, когда он дал ей ключ. Тогда это казалось прекрасным планом и куда менее дерзким, чем расхаживать по улице голышом. Но теперь, стоя в лифте, она начинала сомневаться, что доведет дело до конца.

Испуганный всхлип сорвался с ее губ, когда на ум пришла другая мысль. А что если Ник остался на ночь, и он все еще там? Образ Хадсона, предлагающего ей снять пальто, пока его братишка сидит и ест мюсли, заставил ее пересмотреть весь план. Алли решила, что безопаснее всего было вернуться в уборную в холле здания, но тут двери лифта открылись. Низкое рычание, больше походившее на животное, чем на человеческое, эхом прокатилось по пентхаусу.

Хадсон.

Не раздумывая ни секунды, Алли бросила пакет и поспешила в спальню. Она нашла его корчащимся на постели в агонии кошмара. Он выгнул шею, лицо исказилось.

К горлу подступила желчь. Алли не могла смотреть на его страдания, и что бы ни преследовало его во сне, оно причиняло боль не слабее физического удара.

- Хадсон, - кое-как выдавила она.

Он застонал, беспокойно ерзая и запутываясь в простынях.

- Не уходи, - простонал он. На секунду она подумала, что он говорит с ней, но потом поняла, что он молит кого-то во сне. Его голова вертелась из стороны в сторону.

Это должно прекратиться. Она должна вернуть его из того темного места, в котором он находился. Она забралась на кровать, становясь на колени рядом с ним.

- Хадсон, - громче сказала она, положив руки ему на плечи и слегка встряхнув.