— Кажется, нет, — ответил Трей. — Я ведь теперь живу в Чикаго.

— У вас тоже показывают канал Пи-би-эс.

— А ты снимаешься в этой передаче? — спросил он.

— Нет, я работаю продюсером. И помогаю Либби редактировать кулинарные книги, а также опробовать ее новые рецепты.

В это время послышался шорох кустов азалии, и в следующий момент среди ветвей просунулась любопытная собачья мордочка. Девушка чуть не вскрикнула от неожиданности и попыталась оттолкнуть золотистого ретривера.

— Это твой пес? — спросила Сара. — Постарайся не пускать его к Лизбет в сад. Подруга просто с ума сходит из-за своих роз, которые посадила еще ее бабушка лет сто назад. Либби печется о своих цветах, как о детях малых.

Трей негромко свистнул.

— Иди сюда, Красавчик! Ну же, ко мне, малыш. Сегодня целый день гонялся за белками.

Даже если вывезти пса на природу, он все равно остается городской собакой.

— Пошел, — прошептала Лизбет, размахивая рукой перед лохматой мордой. — Убирайся отсюда, блохастое чудовище!

Но Красавчик воспринял ее отчаянные действия как приглашение поиграть, пролез через кусты и прыгнул на девушку, сбив ее с ног. Либби упала на спину, пытаясь руками защититься от проявлений собачьей нежности, а пес поставил свои грязные передние лапы ей на грудь и стал радостно облизывать свою новую знакомую. Девушка закрыла глаза и заслонила лицо ладонями.

Когда пес немного угомонился, она взглянула вверх и обнаружила, что Трей и Сара с интересом наблюдают за происходящим. На губах мужчины играла ироничная улыбка.

— Ну и ну, кого я вижу, — произнес он несколько насмешливо. — Неужели это сама Лизбет Пэрриш?

— Я… э-э… мне пора идти, — сообщила Сара, изобразив на лице непринужденную улыбку. Нужно еще допечатать рецепты. Я позвоню тебе позже, Либ. Рада была снова встретиться, Трей.

Ладно, пока, ребята.

— Да, созвонимся еще, — пробормотала Лизбет. Она села, опираясь на локти, и откинула волосы с лица.

Трей продолжал улыбаться, скрестив руки на груди.

— А я-то все думал, когда же ты зайдешь поприветствовать своего нового соседа.

Он хотел помочь ей подняться, но Либби оттолкнула его ладонь, чувствуя себя в идиотском положении, поскольку была поймана с поличным.

— Значит, так в ваших краях встречают вновь прибывших? А где же куриная запеканка и пирог с ананасовой начинкой?

Лизбет с трудом поднялась на ноги, оцарапав лицо и руки о шипы роз. Похоже, Трей находил эту ситуацию необыкновенно забавной. Должно быть, как и ее письмо, полное нежных признаний и трогательных фраз.

— Я готовлю запеканку только для тех, кого рада видеть.

— Вот как. А я рассчитывал на более радушный прием.

Закусив губу, чтобы не выругаться, Лизбет стала отряхивать грязь со своего ситцевого платья.

— Мне придется смириться с твоим присутствием поблизости, но не думай, что я в восторге от нового соседа, Клейтон. Ты — Марбери, а я Пэрриш. Между нами не может быть ничего, кроме глухой вражды.

Трей нахмурился, и в глубине души Либби пожалела о том, что была чересчур резка. Возможно, следовало начать как-то иначе, но, похоже, Трея забавляло ее смущение. Он подошел ближе и, прежде чем девушка успела отодвинуться назад, поймал ее за подбородок.

— Стой тихо.

Мужчина слегка повернул голову Либби и провел пальцем по щеке.

— Что… что ты делаешь?

— У тебя кровь на лице, — ответил Трей. Он вытащил шейный платок из кармана шорт и осторожно приложил к ранке. — Похоже, ничего серьезного, — произнес Трей, наклоняясь ближе, чтобы разглядеть царапины на лице девушки.