— Полагаю, мне следовало бы поблагодарить тебя, — ответила Лизбет, отстраняясь. — Но поскольку во всем виновата твоя собака, то я, пожалуй, не буду.

Мужчина смерил ее долгим пристальным взглядом, словно пытался прочитать мысли собеседницы, потом недоуменно пожал плечами:

— Постарайся не забывать, что мы соседи.

Девушка с вызовом подняла подбородок.

— Можешь мне объяснить, почему из всех домов в Белфорте ты выбрал именно этот?

— Ты что же, думаешь, я сделал это из-за тебя? усмехнулся собеседник. — Не слишком ли много на себя берешь?

Лизбет заскрежетала зубами. Трей, напротив, выглядел весьма довольным и уверенным в себе, словно уже одержал победу в споре. Даже в школьные годы этот парень никогда за словом в карман не лез, а с возрастом его способность контролировать ситуацию только возросла. Так что можно было не сомневаться, что на любую колкость Трей Марбери без труда найдет десять ответов. Ну что ж, Либби тоже чему-то научилась. Она уже взрослая женщина и сможет устоять перед чарами этого красавца.

— Ты такой же, как и все вы, Марбери, — хитрый и изворотливый, как уж.

— Значит, вот так ты теперь собираешься общаться? — Трей сделал шаг в сторону Лизбет и теперь смотрел на нее с вызывающей насмешливой улыбкой.

— И не попадайся мне на пути, — грозно добавила девушка. — Держи свою собаку подальше от моих роз, а свой нос — подальше от моих дел. Я с тебя глаз не спущу.

— Да уж, не сомневаюсь. И так постоянно подглядываешь за мной из-за своих накрахмаленных занавесок. Для человека, который печется о собственном покое, ты проявляешь слишком большой интерес к делам соседей. Или просто неравнодушна ко мне?

Либби подошла к Трею совсем близко — настолько, что почувствовала жар мужского тела, и сильно ткнула кулаком в грудь, так, что он едва удержался на ногах.

— Даже и не надейся, Марбери, что я могу испытывать к тебе хоть малейшую симпатию.

Трей сжал губы и пристально посмотрел Лизбет в глаза. Затем одним ловким движением схватил руку девушки, завел за ее спину и прижал противницу к себе. В первое мгновение Либби была так обескуражена, что даже не возмутилась. Потом открыла рот, пытаясь что-то сказать, но вместо слов получился только протестующий выдох.

Ее взгляд упал на приоткрытые губы Трея, и в голове пронеслась мысль: «Может, он хочет меня поцеловать?» А если так, вряд ли в этой ситуации удастся что-то сделать — разве что поддаться искушению. Взгляды молодых людей снова встретились, и Лизбет похолодела от внезапной догадки: там, в ледяной глубине небесно-голубых глаз, ясно читалось, что мужчина прекрасно понимает, о чем думает его противница.

Трей иронично улыбнулся и спросил с усмешкой:

— Мадемуазель внезапно разучилась говорить?

— Просто мои слова не подходят для твоих изнеженных ушей.

Марбери стал медленно наклоняться к Либби, наслаждаясь ощущением собственного превосходства. Девушка замерла, тщетно пытаясь придумать, что бы такое едкое выдать этому самоуверенному наглецу. Теперь она не сомневалась, что Трей собирается поцеловать ее, и с ужасом осознавала, что не хочет его останавливать.

Мужчина замер на секунду, и его горячее дыхание обожгло лицо Лизбет. Сердце в груди бешено забилось, и все происходящее превратилось в сказочный сон, состоящий из одних только волшебных ощущений. Девушка едва дышала, дрожа всем телом в предвкушении чуда.

Через мгновение, показавшееся вечностью, их губы слились в страстном поцелуе. Горячая волна желания захлестнула Либби с головой, из груди вырвался нежный стон, который мужчина воспринял как приглашение продолжать. Трей медленно провел кончиком языка по губам Лизбет и, не встретив сопротивления, решительно проник вглубь.