Но приходилось прятать свои чувства в пазуху под копчиком. От этого крутого мэна зависела его судьба.
– Ты, Макар, теперь наш пацан. С потрохами наш, – укладывая на хлеб толстый шмат сала, сказал Карабас.
Ваську нравилось, что его называют Макаром. Это куда лучше, чем уменьшительно-ласкательное и даже пренебрежительное Васек.
Васьком его звали пацаны из заволжской общины. Но лучше бы он как был, так и оставался Васьком, – если бы можно было повернуть время вспять. Тогда бы он ни в жисть не запал на Мальвину. Но время не авто, заднего хода у него нет.
– Будешь жить. И вообще, жить. И с нами. В нашем балагане. Но, извини, братуха, Мальвина отпадает. Это моя кукла. Я теперь сам с ней играть буду. А с тебя хватит…
– Се ля ви! – вроде бы сочувственно, но с явно выраженным оттенком равнодушия посмотрела на него Мальвина.
– Но если будешь хорошим мальчиком, я как-нибудь тебя повеселю, – хихикнула Сима.
В банде две биксы – Мальвина и эта. Вторая не шла ни в какое сравнение с первой. Хотя тоже смотрится неслабо.
– Я тебе повеселю. – буркнул Пьер.
Нехилый пацан. Чувствуется в нем сила. Но Васек его бы сломал. И Карабаса бы раз на раз замесил… И тем самым подписал бы себе приговор.
В кодле были еще два пацана. Тоже крепкие ребята. Но эти все время молчат. И на Васька все косятся. Не нравится он им. Всем не нравится. Для всех он чужой. Да только и Васек их всех на одном месте видал… Хотя нет, нужно стараться, чтобы за своего признали. Карабас со своим «убойным театром» – это его будущее. Сам по себе он никто и ничто…
– А повеселить Макара надо, – хмыкнул Карабас. – Совсем пацан скис… Ты чего киснешь, Макар? Все путем, Макар! Не надо киснуть… Ты нам про свою братву расскажи. Глядишь, повеселеешь. Или еще больше расстроишься?… Ну да, конечно, тебя твои боссы конкретно подняли. Директор казино – это тебе, бляха, не мордой в навоз… Но так и мы бы могли тебя поднять. Глядишь, вместо Кирьяна бы поставили. Мы ж тебе это место освободили…
– Вы мне место на кладбище освободили, – еще больше насупился Васек.
– Да не ной ты! Все там будем… Ну так чо, будешь насчет заволжских нас просвещать?
– Да вам все и так известно.
– Ну, как сказать… Мы про ваши столичные расклады знаем. Отель, казино, водка… Что там у вас еще?
– Много чего. Но уже не у нас. Я уже не при делах…
– Сказал же, не ной. Водки лучше выпей. Классная водка. «Коралл». Ваш завод выпускает… Ах да, уже не ваш. Ихний… Короче, я чего этот базар начал? Хочу знать, откуда твой Космач бабки черпает. «Пирамида» – это ж какие бабки. Сто «лимонов» как минимум.
– Где-то так…
– Это ж охренеть, какие бабки.
– Так ты и охренел… Теперь всю жизнь от Космача будешь прятаться.
Карабас насупился. Взгляд его стал тяжелым, как набухшая 1 розовая туча.
– А я, братука, всю жизнь от кого-то прячусь. От ментов, от братвы. И от этих ухожу, и от тех. И от твоею Космача уйду… Если, конечно, он сам от нас уйдет…
– Нет у него шансов, – покачал головой Пьер. – Если за дело взялся Тычок, шансов у него нет…
– Да уж, конечно. Тычок у нас супермен, – хмыкнул Карабас. – Он уже один раз взялся. Три сотни мне заторчал… Хотя кто его знает, может, и выгорю дельце.
Карабас разволновался. Встал со своего места, подошел к окну, глянул на улицу.
– Ну, чего молчишь? – спросил он у Васька, не поворачивая к нему головы. |