— Весь мир вращается вокруг тебя!

Я слегка приобнял ее, Моэко неловко ткнулась головой мне в плечо.

— Спасибо тебе за орхидеи, их тут так много. Мне, знаешь ли, приятно.

— Эй, Моэко!

Да что с ней происходит?! Она стала другой…

— Мне хотелось бы в джунгли…

В джунгли? Увидеть дикие орхидеи? Но Моэко не была такой уж сентиментальной. Вероятно, она хочет покончить со всем этим. Бежать от всего она больше не может.

В Малайзии, в двух часах езды к северу от Куала-Лумпур еще сохранились настоящие джунгли. Непроходимые девственные тропические леса, где деревья растут так густо, что между стволами невозможно просунуть руку. Сюда не суется ни полиция, ни даже армия, живут же только местные племена, которые промышляют охотой с сарбаканом (Бамбуковое духовое ружье), и повстанцы, поддерживаемые правительством Вьетнама. Там, где лес сменяет холмистая равнина, можно встретить тигров. Как считается, их осталось всего восемьсот особей. И если они еще не вымерли полностью (всего в ста пятидесяти километрах от столицы!), то исключительно благодаря тому, что местность изобилует дикими кабанами, составляющими основу тигриного рациона.

В этом краю холмов, поросших тропическим лесом, находится туристический комплекс, называющийся Фрейзерс-Хилл. Туманы здесь стоят круглый год, днем не бывает пекла — такой климат легко переносить. При этом Фрейзерс-Хилл никогда не рассматривался в качестве места отдыха для здешних жителей. Авторами идеи были англичане. Тут имеется поле для гольфа в девять лунок, отель и коттедж для клиентов попроще. Весной этого года я прикупил здесь дом, который превратил в свою вторую резиденцию. До меня строение принадлежало президенту филиала британской компании по производству автопокрышек.

В Сингапуре, как и в Малайзии, оборот оружия жестко контролируется правительством, поэтому для охоты я приобрел арбалет. Для этого мне пришлось обратиться в одну американскую фирму, которая и доставила мне изделие через океан. Помучившись, я сам перевел инструкцию и даже построил во дворе что-то вроде тира.

Из Сингапура дорога сюда занимает около двух часов, через Джохор-Бахру, Малакку и Куала-Лумпур. Мы пересекли плантацию пальм, из которых добывается масло, расположенную на выжженных участках. Местами на поверхности были заметны пласты красной глубоководной глины. Всю дорогу Моэко не проронила ни слова.

Даже самому себе я не смог бы объяснить, зачем я повез ее во Фрейзерс-Хилл. Я сделал это место своим тайным прибежищем и ездил туда исключительно ради охоты. Я никогда не возил туда ни жену, ни сына, ни друзей. «Что ты намереваешься делать там с Моэко?» — спрашивал я сам себя. Если бы я был всемогущим, я, наверное, постарался бы вновь сделать ее актрисой.

Прибыв на место, мы сначала выпили кофе, а потом я показал Моэко свою площадку для тренировок во дворе. Я подобрал для нее маленький арбалет с пистолетной рукоятью, предназначенный для женщин и детей, и показал, как им пользоваться. Эта модель обладает меньшей мощностью по сравнению с нормальной, но выпущенная из такого оружия стрела в состоянии убить зайца или фазана с расстояния в пять метров. Арбалет очень хорошо сидит в руке и не требует от охотника большой физической силы. Моэко выказала необычайный интерес и где-то через полчаса уже уверенно попадала в центр мишени.

Когда спустился вечер, мы уселись у камина и закусили спагетти, которые я приготовил сам. В дрожащих отблесках пламени Моэко стала похожа на девочку. Она надела мою рубашку прямо на голое тело, а еще не просохшие волосы ее вспыхивали миллионом искорок.

Мои кулинарные таланты пришлись ей по вкусу.

— Хороши у тебя спагетти.

Она ела медленно, опустив голову, бросая взгляд то на меня, то на горящие в камине дрова.

— Спагетти pomodoro alla fiorentina, сиречь в томатном соусе по-флорентийски.