— Что? — обернулась Кейси. — Что же еще такое между нами?

Теперь они смотрели друг другу в глаза.

— Мне больно видеть твои слезы, — прошептал Пирс. — Я люблю твою улыбку, твой независимый вид. Ведь на самом деле этого нет? Тебе так хочется выглядеть крутой, но внутри-то ты совсем не крутая.

— Я не понимаю, о чем ты, — вздохнула Кейси.

Потирая затылок, Пирс приблизился. Теперь он мог до нее дотронуться.

— Почему ты на самом деле приехала за Далласом?

— Мы опять играем в вопросы? Почему я приехала, тебя совсем не касается, — сопротивлялась Кейси.

— Касается. Разве не об этом мы все время спорим?

— Не забудь еще про Кайла Радмана, — добавила она едко.

Пирс поморщился.

— Я бы хотел его забыть. Но сейчас я не про него. Я жалею, что подозревал тебя в сговоре с ним. Но твою навязчивую идею забрать отсюда Далласа очень трудно объяснить.

— Навязчивую идею? Вот это неправда! Любить и заботиться вовсе не значит быть не в себе!

Покачав головой, Пирс обнял ее за плечи.

— Как трудно с тобой говорить, Кейси.

— Извини… Я слишком взвинченна.

— Я понимаю. — Пирс задумался на мгновение и добавил: — Мы можем поехать ко мне и поговорить спокойно?

Хочется ли ей обсуждать то, что она сама не до конца понимает? Что она сможет ему объяснить, если у нее самой в голове сплошная путаница? Она уже сидит тут больше часа, пытаясь разобраться в происшедшем за последнее время, и пока не добилась ничего. Разве только полюбовалась красивым местом. Ей было бы невыносимо снова начать копаться в своих чувствах и переживаниях.

— Не сегодня, — прошептала она, стараясь не смотреть ему в глаза.

— Тогда завтра?

— Завтра я обещала дедушке встретиться с Мэри Кольер. — Она перевела дыхание.

— Тебе не хочется с ней встречаться? Она тебе понравится.

Кейси нервно усмехнулась.

— Не думаю, что деда волнует, понравится она мне или нет.

Пирс никогда еще не видел настолько удрученного человека.

— Поехали ко мне домой. Ненадолго. Не отталкивай меня, милая.

Глава 10

Кейси не ответила. Пирс снова пытался найти объяснение ее депрессии. Он понимал, что это не просто плохое настроение. Первая его мысль была о Кайле Радмане.

— Мне кажется, я понимаю, что произошло. Кайл испортил тебе настроение. Кейси, если он обидел тебя, клянусь, я…

— Я не виделась и не разговаривала с Кайлом сегодня. Я хотела, но его экономка сказала, что он уехал в Хелену по делу, — устало возразила Кейси.

Пирс замолчал, пытаясь собраться с мыслями. Если Кейси переживает не из-за Радмана, то из-за кого же? Может, это связано с прошлой ночью? Им было так хорошо вместе, но он все испортил своими дурацкими обвинениями. Без сомнения, Кейси переживает, но не только из-за этого. Ей причиняет боль что-то другое, более важное и личное.

Но не могла же она так расстроиться из-за предстоящей женитьбы Далласа?

Ход мыслей Пирса изменился. Еще в детстве Кейси потеряла родителей, ее бабушка умерла не так давно. Прошлым вечером в салуне она призналась, что чувствует себя одиноко. Нежели ее так глубоко ранит то, что она теряет Далласа? Может, она находит выход в слезах и гневе, не понимая как следует истинной причины своего несчастья? Это казалось единственным объяснением ее беспомощности, особенно заметной сегодня. Это также объясняло и ее нежелание встречаться с Мэри Кольер. Ей понравилась бы Мэри, если бы Кейси не испытывала предубеждения к ней.