Крадучись, Зарабет выглянула в коридор. Айван и Констанц стояли каждый на своем посту, удивленно хлопая глазами при виде хозяйки. Она спросила:

– Айван, тут был кто-нибудь?

– Кухарка вышла и пошла вниз, – с готовностью отвечал он.

– То есть кто-нибудь, кроме миссис Уильямс. Кто-нибудь еще приходил повидать Валентайна?

– Нет. – Его удивленный, невинный взгляд сказал Зарабет, что так и было.

Валентайн опустил пистолет. Зарабет повернулась, чтобы вернуться в комнату, и тут уловила еще одну мысль – сильного облегчения.

Повернувшись на каблуках, она уставилась на Констанца. Он чуть ли не плакал – такими виноватыми были его глаза.

– Ох, только не это, – печально сказала она. – Ох, Констанц!

Айван больно схватил ее за руки и втолкнул в комнату. У ее горла очутилось холодное лезвие ножа. Констанц вошел и закрыл за ними дверь.

– Прошу вас, бросьте пистолет, – четко сказал Айван. – Я постараюсь не убивать ее, но только попробуйте выстрелить или зашуметь, и я перережу ей горло.

Валентайн, сгорая от ярости, поставил курок на предохранитель. Констанц выхватил пистолет из его руки.

Почему-то ей не было страшно, она просто была убита горем.

– Айван, вы могли убить или похитить меня во время путешествия. В любую минуту! Почему вы тянули?

Констанц озадаченно уставился на нее.

– Потому что мы хотели вас защитить. Вы нам нужны Мы не лгали, когда говорили, что умрем за вас. Мы действительно чуть не погибли пару раз.

– Тогда почему вы угрожаете мне ножом?

Ей ответил Айван:

– Мы не хотели, чтобы дело зашло так далеко. Но нельзя, чтобы барон Валентайн нас убил. Он не на нашей стороне, а вы нам очень нужны. Вы пойдете с нами, и мы все объясним.

Зарычав, Валентайн сбросил одеяло. Он был совсем голый, и это облегчило превращение. Он был уже не человек Огромные глаза, острые зубы, звериный рык. Рана еще не зажила, и превращение далось ему нелегко, но конечности налились буграми мускулов, на руках появились острые, как бритва, когти.

Констанц выстрелил.

Пуля настигла Валентайна в прыжке, отбросив назад, на постель. Зарабет закричала.

Айван выругался:

– Теперь они все примчатся на шум. Помоги мне!

Констанц бросил пистолет. Зарабет пыталась вырваться из сильных рук Айвана, но лезвие ножа надавило ей на горло. Она вскрикнула. Констанц извлек из кармана кусок ткани и прижал к губам Зарабет.

Накатила тошнота. Зарабет пыталась оттолкнуть тряпку, источавшую странный сладковатый запах, но лакеи держали крепко. Голова закружилась, в глазах потемнело. Зарабет тяжело упала на руки Айвана почти без чувств.

Она услышала шум шагов, голоса Уильямса и Хэмиша.

Но где же Иган?

– Это барон! – закричал Констанц на ломаном английском. – Он нападать на леди. Я стрелять.

«Нет». Зарабет силилась заговорить, сказать, что Констанц лжет, но язык налился тяжестью, и она не смогла вымолвить ни слова.

– Молодец парень, – сказал Хэмиш. – Чертов ублюдок.

Она снова попыталась объяснить, но непослушные губы отказывались ей подчиняться. Зарабет смутно понимала, что нож и тряпка исчезли, но она словно окаменела. Тело ее не слушалось.

Последнее, что она увидела – это как Айван подхватил ее на руки и понес прочь, мимо Хэмиша и Уильямса, которые отпустили их, не задав ни единого вопроса.

Ангуса пришлось разыскивать целую вечность. Иган обнаружил его на полпути к деревне вместе с Олафом, который возвращался с прогулки.