Я покачала головой.

— Разве это был ты? — произнесла я, — Во всем следует винить только Орану и никого другого!

Я приблизила свое лицо к нему и легко коснулась его губ своими губами. Он обнял меня и притянул к себе, когда дверь в комнату резко открылась, и внутрь широкими шагами вошел Алазар. Он нес на вытянутых руках Данна. Мальчик смеялся, а на лице бога смерти было написано явное раздражение. Подойдя к нам, он быстро сунул малыша в руки Дагону и облегченно вздохнул.

— Нет, все-таки я не нанимался к вам нянькой, — сказал он довольно резко, — Терпеть не могу детей. Они кричат и постоянно требуют к своей персоне усиленного внимания!

Я рассмеялась, и Алазар перевел на меня свой негодующий взгляд.

— Чего расхохоталась? — спросил он резко.

— Ох, прости, — произнесла я и забрала Данна с рук Дагона. Мальчик посмотрел на меня и улыбнулся. Я подняла глаза на Алазара.

— Спасибо тебе, — сказала я и нерешительно добавила, — Отец.

Бог вздрогнул и побледнел.

— Я что, выгляжу так, словно являюсь отцом такой взрослой женщины как ты? — произнес он, но я увидела, как улыбнулись только его глаза, — Ты еще Данна научи меня дедушкой называть, когда он подрастет, что бы я со стыда умер, — сказал он и поспешно покинул комнату. Мы с Дагоном переглянулись и одновременно рассмеялись. В моем смехе выразилось счастье жизни, полнота любви и нежность к маленькому детскому сердечку, бьющемуся в унисон с моим. Я была рада, что все наконец-то пришло к счастливому финалу, на который я уже почти не надеялась.

ЭПИЛОГ

Весна приходила в мою жизнь уже пять раз с тех самых пор, когда я наконец-то зажила счастливой и полноценной жизнью. Мы отстроили наше поселение и расширили его границы. Помогли Гуде и Урбану полностью восстановить постройки на его острове. Дочери Гуды исполнилось четыре, и это была замечательная и очень смышленая девочка. Они иногда приплывали к нам погостить. Тогда мы с Гудой вспоминали нашу прошлую жизнь и уходили поболтать на утес, который так любила моя подруга. Данн и маленькая Сара были очень дружны. Чаще, чем мне этого хотелось бы, нас с Дагоном навещал Алазар. Он постоянно вел себя излишне высокомерно, но я уже смирилась с этой чертой его характера и все-таки научила Данна называть его дедушкой, что невероятно бесило бога смерти. Но все же я любила своего отца таким, какой он есть, и я знала, что он любит меня и детей, хотя старательно это скрывает.

Моя жизнь с Дагоном была просто сказкой. Думала ли когда-нибудь простая служанка, которой я была, что ей предстоит полюбить такого прекрасного мужчину и завоевать его любовь? Что каждый день её жизни будет наполнен светом и теплом его рук? Что даже дышать без него будет невыносимо? Иногда я спрашивала себя, почему мне боги дали столько счастья, что иногда казалось, что сердце может выскочить из груди?

Я сидела на скамье у дома и держала на руках своего маленького сынишку. Сагору исполнилось два года, он был невероятно похож на своего отца и рос необычайно ласковым и умным мальчиком. Старший брат и все, кто его знал, души в нем не чаяли. Мимо проходили слуги. Все были чем-то заняты. Жизнь иногда была так суетлива и быстротечна, но нам с Дагоном не куда было спешить. Впереди ждали годы счастья и любви.

Я играла с Сагором, когда внезапно услышала детский крик. Ко мне со всех ног бежали Данн и Сара, чьи родители сейчас гостили у нас.

— Что случилось? — спросила я.

Сара плакала навзрыд и протянула мне ладонь, на которой лежала умирающая бабочка с оторванным крылом.

— Мы нашли ее на поле, — объяснил Данн. Я взглянула на сына. С возрастом, он стал менее походить на отца и многие его черты и жесты были явно моими.