Вей Штормбам выражал недовольство и требовал прекратить бандитские наезды на предпринимателей, на что Мундгабо резонно отвечал: покажите мне тех, кто на нас жаловался.

Первых двух жалобщиков нашли на следующий день повешенными в своей квартире с посмертной запиской, что они оболгали достойных андромедцев и свели счеты с жизнью, не выдержав морального гнета. После этого жалобы прекратились, а доходы станции пошли на убыль.

Жалоба вея Штормбама на действия андромедцев командиру пришедшей рейдовой группы ВКС не возымела действия. Флот андромедцев числился силами самообороны станции, и контр-адмирал посоветовал главе станции найти с ними общий язык или расторгнуть договор.

Если после этого те предпримут противоправные действия, группа примет надлежащие меры.

Не дождавшись понимания от ВКС и андромедцев, вей Штормбам вызвал к себе вождя чернокожих бандитов. Но тот вежливо отказался и пригласил его к себе в кабинет.

Кабинет Мундгабо находился в офисе захваченного им ресторана на втором уровне в ВИП-секторе.

Разозленный вей Штормбам не стал откладывать разговор и самолично направился к вождю.

У входа в кабинет его остановили и грубо обыскали. Не найдя оружия, пропустили пылающего гневом вея в кабинет Мундгабо.

Вождь сидел за красиво инкрустированным столом из красного дерева и, повернувшись к посетителю спиной, смотрел в иллюминатор, в черную непроницаемую бездну космоса.

— Вей Мундгабо! — истерично выкрикнул возмущенный глава станции.

Мундгабо повернулся в кресле и усмехнулся.

— Не называй меня веем, бледнолицый. Я вождь и по-вашему король. Обращайся ко мне с уважением. И называй «ваше величество».

— Что? — растерялся Штормбам. — Как?..

— Ты, наверное, плохо слышишь, бледнолицый. Я король, и ты должен обращаться ко мне с почтением. Встань на колени и проси.

— Что? — опять повторил Штормбам и уставился на вождя. Затем заморгал и громко возмутился: — Вы что себе позволяете! — Он сорвался он на фальцет. — Я один из владельцев станции. У меня контрольный пакет акций… А ты… Ты… Самозванец!..

— Я не самозванец, старик. А ты глуп, и поэтому мы исправим ситуацию. Предлагаю тебе добровольно передать мне все свои права на станцию, и катись отсюда, куда хочешь.

— Что? — Глава совета впал в ступор. — Что я должен сделать? Вы с ума сошли?!

— Нет, старик, я трезвом уме и памяти. Поэтому предлагаю тебе, передать мне все свои права и ценности в добровольном, так сказать, порядке. За это ты получишь право жить. Ну согласись, правда же хороший обмен, — глумливо засмеялся Мундгабо.

Вей Штормбам некоторое время рассматривал чернокожего наглеца, затем вытянул руку и показал ему дулю.

— Вот тебе кукиш, а не права, черномазая обезьяна…

Задыхающийся от возмущения вей Штормбам неосторожно приблизился к столу и повертел свернутыми в кукиш пальцами у лица Мундгабо. Тот быстро подался вперед, наклонился к столу и ухватил его руку, резко притянул к себе и прижал руку к столу. Затем, ухватил завизжавшего от страха главу совета за шиворот. Взял со стола изящную золотую зажигалку, щелкнул кнопкой и зажег огонек металлической спирали. Затем поднес зажигалку к носу вея Штормбама. Запахло паленым мясом. Штормбам заорал во все горло, и в кабинет на крик ворвались два телохранителя вождя. Они завертели головами и, увидев извивающегося и орущего бледнолицего, заржали.