Нет, не вокруг. Сзади.

— Я чую тебя, дорогуша, — тихо пропела костяная ведьма из темноты, и Отрава закричала, когда ей на голову набросили мешок и схватили в охапку, как кролика.

Она сидела в ржавой железной клетке, склонив голову. Ее длинные черные волосы спадали на лицо. Клетка свисала на цепи с потолка комнаты с котлом, высоко над печью; Прямо под клеткой стояла коллекция таинственных снадобий: большие глиняные горшочки, полные всяческих порошков, листьев и мазей. Через всю комнату Отраве улыбалась люстра из черепов. Дверь была открыта, и девушка видела окно в коридоре, по которому и узнавала время. Котел по-прежнему кипел — там варилась свежая порция костей. В комнате стало невыносимо жарко, и весь жар собирался под потолком.

Отрава была на грани отчаяния. Она перепробовала все: протискивалась через прутья, пыталась открыть замок маленькой железкой, даже звала на помощь. Бесполезно. Она не могла вырваться из плена. А даже если бы и смогла, ее сторожила собака величиной с лошадь. Псина свернулась у огня на полу и шумно глодала чью-то ногу.

Девушка наблюдала за ней какое-то время, рассматривая длинное грациозное тело, серую шерсть и широкую морду. Если не считать размеров, собака выглядела вполне обычной. Как и ее близнец, которого Отрава видела в часы перед рассветом, пока висела в клетке. Но стоило псине обнажить пожелтевшие клыки, разгрызая кость челюстями, как Отрава вспомнила слова Миноги: эти твари разорвут ее в клочья, если она только попадется им.

Ночь оказалась настоящим испытанием для и без того потрепанных нервов. Отрава наблюдала, как Мэб вылавливает из котла кости и грызет их сама или бросает собакам. Но в основном на пленницу не обращали никакого внимания, оставив в одиночестве размышлять над своей тяжелой долей. Костяная ведьма молча запихнула ее в клетку и оставила висеть над булькающим котлом до рассвета, а потом вернулась и ткнула Отраву пальцем через прутья.

— Мы сдерем с тебя эту мерзкую плоть, сказала она. — Вот настанет вечер, и ты попадешь в котел. — Она громко причмокнула губами и улыбнулась своей акульей улыбкой. — Ты будешь лакомым кусочком.

С этими словами Мэб заковыляла прочь и легла спать, а Отрава осталась размышлять о том, что случится вечером, который наступит так скоро. Перчинка сказала правду. Ночи здесь тянулись медленно, а дни пролетали как миг.

Утро настало удручающе быстро, за окном в коридоре рассвело, когда пленница услышала скрип двери на галерее. Это была Перчинка. Отрава дремала, потому что не спала всю прошлую ночь, но от шума встрепенулась. Собака тоже обернулась, однако, увидев, что это всего лишь Перчинка, потеряла всякий интерес и вернулась к своей кости.

— Ты не видела моего кота? — спросила Перчинка у Отравы.

— Твоего кота?! — воскликнула Отрава. — Лучше помоги мне выбраться!

Перчинка озабоченно играла светлым локоном, оглядываясь по сторонам.

— Не видела его с ночи, — сказала она. — Он исчез сразу после того, как ты ушла.

— Перчинка, пожалуйста! Ты должна выпустить меня отсюда! — заторопила ее Отрава. — Видишь вон ту цепь? Она продернута через большое железное кольцо. Просто вытащи ее и медленно опусти. Ты же можешь это сделать!

Перчинка перевела взгляд на цепь. Та свисала с клетки и шла через три одинаковых кольца: на потолке, на стене и на полу, где была привязана.

— Но я не могу найти кота! — простонала девочка.

— Я помогу тебе разыскать твоего кота! — соврала Отрава с поддельной уверенностью в голосе. — Мы найдем его вместе!

Перчинка пожевала губу, раздумывая.

— Я не могу… — робко протянула она. Отрава едва не закричала.

— Да можешь! Если ты оставишь меня здесь, Мэб меня съест1 Ты этого хочешь?

— Нет, — ответила Перчинка, переминаясь с ноги на ногу.