— Довольно.

Елизавету передернуло от одного упоминания о меде, и она напустилась на актеров, как будто это они были во всем виноваты.

— Мне нужен Дженкс, сейчас же! Это на него не похоже, черт его побери!

С опушки леса донесся топот бегущих ног. Нед вытащил меч, а Елизавета — кинжал из-за пояса. Принцесса с удовольствием отметила, что Уэт и Рэнди тоже быстро схватились за оружие. Нед встал перед ней. Уэт вскинул большой палец, и мальчишки бросились прятаться за ствол дерева.

Из темноты показался Дженкс. Он бежал с мечом наперевес.

— Ее нет!

— Тише! — шикнула Елизавета. — Мег? Где она?

— Не знаю. Это моя вина. Я попросил ее, когда она уже переоделась в ваше платье, чтобы она на минутку вышла попрощаться, ну, знаете, на удачу. Она согласилась, как она выразилась, ради успеха нашего опасного замысла. Я так ее и не увидел, но нашел тут поблизости ее корзинку, — сказал Дженкс и сунул ее под нос собравшимся. — Даже изображая вас, ваше высочество, она взяла с собой лукошко.

— Это в самом деле ее корзина, — прошептала Елизавета. — Я ею пользовалась. И Мег не бросила бы ее просто так.

— Я искал повсюду, — срывающимся голосом продолжал Дженкс. — Даже зажег лучину. Нашел следы лошадей и несколько отпечатков женских ног. Я… я не знаю, что думать, но ее могли похитить.

— Кто? — спросил Уэт, но на него не обратили внимания.

Елизавета задумалась.

— Покажи нам следы. Это далеко?

— Немного дальше в лесу. У меня есть огниво, могу опять разжечь лучину.

— Остальные ждите здесь, — приказала Елизавета, не выпуская из рук кинжала.

В лесу не было видно ни зги, но когда принцесса и те, кто ее сопровождал, отдалились от тусклых огней особняка, их глаза начали привыкать к темноте. Дженкс привел Елизавету и Неда туда, где видел следы, но чтобы определить точное место, пришлось искать, куда он выбросил лучину. Он так долго возился, чтобы разжечь ее снова, что принцесса заскрежетала зубами. Втроем они склонились, чтобы при колеблющемся свете лучше рассмотреть мокрую землю, покрытую если не опавшими листьями, то рябью и тенями.

— Видите, — проговорил Дженкс, тыча пальцем. — Не меньше двух лошадей, это я точно могу сказать. Этот отпечаток сапога — мой, остался с прошлого раза, как я был здесь. Но вот этот след оставил не я, а эти два — более узкие.

— И не одинаковые, — отметил Нед. — Поднеси лучину поближе. Да, точно две женщины. Я бы сказал, что вот этот след оставила Мег. Она по-прежнему немного косолапит, хоть я ее за это и браню.

— Не сомневаюсь, — проворчал Дженкс. — Люди, которые дурно обращаются с лошадьми, так же поступают и с себе подобными. Ума не приложу, что она в тебе…

— Молчать! — приказала Елизавета. — Второй отпечаток — узкий и длинный, его могли оставить те домашние туфли, которые я видела в Баши-хаусе. Помню, как я подумала тогда, что у отравительницы нога должна быть длиннее, но уже моей. Видите?

Она выпрямилась, положила руку на плечо Неду и помахала обутой стопой над отпечатком.

— Кто-то похитил Мег, это ясно как божий день, — сказал Дженкс, — и мы должны ее вернуть. Готов поспорить: если мы еще немного тут осмотримся, то найдем свидетельства… — его голос дрогнул, — …того, что где-то неподалеку травили лису.

— Но, — сказал Нед, — я не вижу здесь следов борьбы.

— Ни того, — нехотя добавила Елизавета, когда оба мужчины поднялись, — что Мег напоили снотворным (никаких указаний на нетвердую походку или падения) и увезли против ее воли.