Он, разумеется, захотел оттащить меня в ванную, смыть кровь и вообще привести в божеский вид, но я не желал двигаться с места. Спорить с Джереми у меня не было сил, и, видя, что он настроен решительно, я рассказал ему о приступах, чем поверг в еще больший ужас.　

Я схожу за доктором.　Уймись. Со мной все в порядке, — сказал я. — Говори, если хочешь, но, умоляю тебя, — ничего не делай.　Ну ладно, — сдался Джереми. — Может, тебе чаю принести? Или еще чего-нибудь?　Пойди на кухню, там в буфете есть бутылка шампанского. Принеси, пожалуйста.　

Он посмотрел на меня, как на сумасшедшего. Откуда ему знать, что для меня шампанское — лучшее средство от всех болезней. Я услышал, как хлопнула пробка, и через минуту в холле появился Джереми с двумя бокалами в руках. Он поставил мой бокал на ступеньки так, чтобы я мог дотянуться до него левой рукой.,　

«Ну вот, — подумал я. — Заодно и проверю. Должны же эти приступы когда-нибудь прекратиться». Я с трудом приподнял руку и сжал пальцами толстую ножку, после чего попытался поднести бокал ко рту; мне удалось сделать три больших глотка — и снова пронзило болью, скрючило, парализовало.　

На сей раз испугался Джереми. Я видел, как дрожат его руки, когда он подхватывал на лету бокал, который я выронил.　

Подожди, — процедил я сквозь зубы.　

Приступ был короче и легче предыдущих. Должно быть, начинаю выздоравливать.　

Страшно подумать, сколько энергии порой приходится тратить, чтобы всего лишь убедить доброжелателей оставить тебя в покое. Особенно тяжко иметь дело с друзьями. Видит бог, я был благодарен Джереми за то, что он сейчас со мной, лишь бы он поменьше суетился и хоть ненадолго притих.　

И снова раздался звонок в дверь. Я не успел предупредить Джереми, что никого не жду, — он уже пошел открывать. Сердце у меня упало. Что-то слишком много посетителей. Не к добру.　

Вошла Клэр. Ну да, я же сам приглашал ее.　

Присев подле меня на корточки, она внимательно посмотрела на мое расцвеченное лицо и сказала:　

Нет, ты не упал. Тебя избили, верно?　Выпей шампанского, — посоветовал я.　

Она встала и пошла на кухню за стаканом. Я слышал, как она заступается за меня перед Джереми:　

Хочет лежать на ступеньках — пусть лежит. Ему лучше знать, что делать в таких случаях.　

Господи, впервые встречаю девушку, которая хоть что-то понимает. Уму непостижимо.　

Клэр и Джереми сели на кухне и, представившись, начали пить мое шампанское. Между тем мне полегчало. Я попробовал вытянуться на ступеньках — никаких спазмов. Выпил шампанское. Тело гудело, но я уже не чувствовал себя таким больным. Еще немного, и смогу сесть.　

Позвонили в дверь. Прямо эпидемия какая-то.　

Клэр пошла открывать. Я был уверен — кто бы ни пришел, она отправит его обратно. Но, видно, ничего не вышло — новую посетительницу было невозможно задержать на пороге. Не слушая возражений Клэр, она буквально ворвалась в дом, и я услышал быстрый приближающийся стук каблучков.　

Мне нужно видеть его, — сказала она порывисто. — Я должна убедиться, что он жив.　

Взгляд красивых глаз заметался по холлу: она искала меня, а увидев, замерла, потрясенная. Каждая черточка прекрасного лица исказилась смятением и ужасом. Я мог бы узнать ее с закрытыми глазами: довольно было услышать этот голос.　

Передо мной стояла Дана ден Релган.　

Глава 17　

Господи, что с вами сделали, — прошептала Дана.