От всех этих откровений я малость прифигел.

Она там что – пьяная?

– Бля! Не в смысле когда хуй у меня из вагины торчит, а когда я в своих воспоминаниях – это не я, а мужик, который за свой член держится. Вот. И знаешь, а им оказывается не так легко управлять, как мне думалось! Он, сука, вообще, словно своей жизнью живет – и ссыт, куда ему вздумается! А этот козел еще и руки потом моет без мыла – просто споласкивает, и все!

Я машинально опустил голову вниз, переведя взгляд на свою ширинку.

Ну, торчит член и торчит. Это же тебе не руки из жопы. А нормальная и природной комплектацией предусмотренная часть человека. То есть человека-мужика. Мы им, между прочим, иногда еще и думаем! Видим охеренную красивую бабу – и все! Верхняя голова отключается, и начинает работать нижняя головка.

Живет, так сказать, своей полноценной жизнью.

Половой.

И ведь никакой на него в этот момент управы нет! Хоть кричи на него, хоть телепатируй мысленные приказы – стоит себе, сука, колом!

Похоже, мне передалось настроение возмущенной самоуправством мужских пиписек Шизы.

– Химик, а у тебя какой оператор? – спросил я у своего напарника, и тот ответил, – Хм, а ведь такой же, как и у Десятникова. Шиза как раз при мне запрос им делала.

– И что?

– А то, что у тебя в коридоре ничего не ловит, а наш подозреваемый спокойно с кем-то разговаривал, когда его грабители повязали.

– Ну говно, значит, у меня телефон. Мужик тот – тоже с кем-то чатился, или видосики смотрел.

– Какой еще мужик?

– Да который на видео был. Охранник, про которого ты сказал, что у него акции упали.

– Слушай. А может он такой злой был, потому что у него внезапно связь пропала?

– А Десятников?

– Да не разговаривал он ни с кем! Только притворялся!

– Нахрена ему это?

– Алиби себе делал. Лицом на камеру светил, телефона лишился недешевого – сплошная из себя пострадавшая жертва. Потому что он и есть наш грабитель!

– Как это?

– Не знаю! Так же, как и воду пил.

– Так ты же говоришь, что он не пил? И Шиза тоже подтвердила. Может, я действительно ошибся с этими образцами? Столько всякой дряни напробовался, что…

– Нет. Ты не ошибся и ты молодец. Он пил. Трижды – и мы это на записях с камеры видели. Я еще ваше внимание на это обратил.

Парнишка нахмурился. Покачал головой.

– Ты что-то путаешь, не было такого. Ты только про мужиков в масках Енота говорил.

– Да! Да! Вот тебе и два одинаковых стаканчика с одинаковым образцом!

– Только я их нашел три, а не два. Но ведь больше никто из грабителей не пил.

– Во время ограбления – нет. А вот фальшивый «охранник» – пил. Перед тем как сумку утащить, помнишь? Вот тебе и третий.

– Не бывает у трех разных людей – одинаковых анализов! Это я тебе как эксперт говорю. Даже у одного человека они будут отличаться в разное время, потому что есть много факторов…

– Это – не разные люди, а одинаковые! Один рост, одна фигура, один угол открытия двери банковской ячейки и одинаковые результаты твоего этого тошнотного вкусового анализа!

– Как это? Когда охранник к кулеру прикладывался, Десятников с бабкой возился, платежки ее коммунальные оформлял.

– Ага. И одновременно тащил подозрительную сумку в туалет.

– Это типа «до чего техника дошла: вашего Десятникова уже и там и тут показывают»?

– Именно! Ты помнишь, как он выглядит?

– Ну-у… Примерно.