Егор же воспользовался тем, что оказался вне пределах видимости гостя, рванул к кустам, и затем к дому, карабин он с собой на рыбалку не брал, а мечта о коротком стволе так и осталось неосуществимой. Уже выскакивая из избушки с СКСом в руках, он услышал, как грохнул гладкоствол. Крик раненого разнесся по всему лесу, и тут же ему ответили сразу два автомата.

Адашев рухнул на землю и отполз за ближайшую сосну, здесь он был в относительной безопасности, такую сможет пробить только пуля из ПКМ. Не сказать, что у Егора был военный опыт, но свою срочку парень отпахал исправно, матерого боевика из него не вышло, но кое-что в голове отложилось. И вот сейчас он активировал ночник, дешёвка с «Алиэкспресса», но на сотню метров тот работал, и в данной ситуации этого было достаточно. Сейчас Егор был очень рад тому, что весь вечер провел на рыбалке, печь не топилась со вчерашнего дня, да и табаком уже не воняло, последний раз он дымил примерно с час назад.

А события на берегу развивались стремительно, гладкоствол первого гостя еще раз подал голос, в ответ снова заработали автоматы, не слишком умело длинными беспорядочными очередями, причем одна из пуль просвистела буквально в метре от хозяина островка.

Но этого, похоже, хватило. В монокуляр Егор увидел, как полетели брызги от головы беглеца, и он рухнул лицом вниз. Несколько минут в лесу перекрикивались, а затем на берег медленно, подражая спецназовцам из кино, вышла одинокая фигура. В этот самый миг луна, наконец, решила подняться над деревьями и осветить берег, видно стало очень хорошо, и Адашев перешел на обычную оптику, установленную на карабине. В принципе, он сейчас мог без проблем завалить нового гостя, вернее гостью, точно в лоб, но не спешил. Происходящее с каждой минутой становилось все страннее. На берегу, спокойно глядя на труп, стояла молодая девушка, даже больше девочка, у нее в руках была обшарпанная ксюха с откинутым прикладом, поверх веселой маечки со стразами какая-то дешёвая страйкбойльная разгрузка, тактические штаны с множеством карманов, высокие ботинки, но не армейские, что-то типа панковских гриндеров. Но больше всего поразила прическа – хаотично торчащие во все стороны волосы ярко-алого цвета.

– Мя, – раздался из дома вопросительный голос кота.

Вирус, осторожно высунув за порог голову, уставился на лежащего в пяти шагах Егора.

– Тихо, засранец пушистый, – недовольно прошипел Адашев, не сводя взгляда с гостьи, но обошлось, та ничего не услышала, все ее внимание занимал труп убитого мужика.

– Готов, – крикнула она на весь лес.

Не прошло и пары минут, как на открытом куске берега появились новые действующие лица – два паренька, опять же до двадцати лет, с такими же алыми волосами и хаотическими прическами, приволокли третьего, судя по цветовой идентификации на голове, тоже их приятель. Вот только ему было уже наплевать на все и вся. Живот и пах были разворочены, с такими ранами не выживают, не то, что в лесу, но и в сорока метрах от больницы.

– Свист все, – ничуть не скрываясь, громко произнес один из носильщиков.

– Ну и хрен с ним, – ответила девчушка, появившаяся на пляже первой. – Беглец тоже все. Интересно, чего он вообще сюда бежал? Эй, Жид, посмотри, что у него в рюкзаке? Может, пожрать есть?

Егор внимательно прислушивался к диалогу. Троица подростков, вооруженная автоматами, ему сильно не нравилась. Понятно, что это какая-то банда, но почему такая сопливая? Никого старше восемнадцати.

– Консервы, – обрадованно заявил досмотрщик, – пять банок тушняка, сухари, шоколад, чай, курево. Богатый был старик.