|
Вечером, перед ужином меня отвели к докторам, те что-то пытались у меня узнать, долго расспрашивали, но я не понимал ничего в их специфических терминах и с отрешённым видом продолжал стоять, потупив взгляд. Допрос продолжался довольно долго, и я, устав слышать непонятную речь, облокотился на спинку стула, на который был усажен, и сделал вид, что задремал. Из опыта предыдущих дней знал, что никто бить или применять физические меры воздействия в отношении меня не будет и спокойно прикрыл глаза прислушиваясь. Но и по обрывкам понятных фраз, не понял, что обсуждают присутствующие. Понятное дело, обсуждали меня, но в каком ключе шёл разговор или о чём, для меня оставалось вопросом.
Лёжа в кровати, я долго думал о произошедшем и пришёл к выводу, что хватит ломать комедию и пора как-то выбираться отсюда, вот только как. Я постоянно под присмотром. Из медицинского крыла не выпускают. Я даже не знаю, где нахожусь. Может, я давно в космосе на корабле-матке, а весь этот балаган только для того, чтобы вывести меня из себя. С такими мыслями уснул. А вот пробуждение было совсем иным. Не успел выполнить утренние процедуры, как в палату вместо одного медика-клона с завтраком на подносе, вошли двое. Они, ничего не говоря, жестами показали, чтобы следовал за ними, а в коридоре нас ждали трое клон-солдат. «Комедия закончилась, теперь начнётся», — промелькнула у меня мысль. Долго шли коридорами. Пару раз использовали лифт, но я так и не мог уличить хоть какую-то возможность действовать. Клон-солдаты постоянно настороже, располагались грамотно, не перекрывая друг другу сектора для открытия стрельбы и самое неприятное, они не приближались ко мне на расстояние, достаточное для удара или захвата оружия. Очередной коридор. Идущий в авангарде клон-солдат что-то произнёс, и идущий впереди в военной форме анторс посторонился, уступая дорогу. Когда наша процессия поравнялась, я увидел расширенные от удивления глаза офицера истинно живого. Я его тоже узнал. Это был тот самый лётчик, которого я взял в плен… |
